Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 14 – Лилия Тимолаева

Я шла быстро, стараясь не возвращаться мыслями к дому.

Эмма жила возле набережной в трёхэтажном доме, доставшемся ей от родителей. Мы дружили больше десяти лет. Она была одним из немногих людей, перед которыми мне не приходилось быть «женой Леонарда Кросса» или «переводчицей королевской канцелярии». Для Эммы я оставалась Агнией, которая в двадцать лет пряталась от скучных поклонников за колоннами на балах и однажды умудрилась порвать платье, перелезая через садовую ограду.

Дверь открыла её служанка.

Увидев меня, она удивилась.

— Госпожа Вальд ещё завтракает.

— Передай, что это важно.

Эмма появилась через несколько минут, завязывая пояс домашнего платья.

— Агния?

Сначала она улыбнулась, потом внимательно посмотрела на моё лицо.

— Что случилось?

— Можно войти?

— Конечно.

Она провела меня в маленькую гостиную, закрыла дверь и, не задавая вопросов, указала на кресло.

Я не села.

— Ты вчера писала мне, что больше не станешь делать вид, будто ничего не происходит.

Эмма побледнела.

Этого я не ожидала.

— Ты помнишь письмо?

— Помню, как прочитала. Не понимаю, что именно ты имела в виду.

Она долго смотрела на меня.

— Агния, ты опять ничего не помнишь?

Вопрос прозвучал настолько прямо, что подготовленные фразы исчезли.

— Что значит «опять»?

Эмма закрыла глаза, затем опустилась на диван.

— Господи.

— Эмма.

— Я обещала тебе, что не буду начинать этот разговор первой.

— Когда я взяла с тебя такое обещание?

— Три недели назад.

Я села напротив.

— Расскажи.

— Ты уверена?

— Нет. Но всё равно расскажи.

Эмма сжала пальцы.

— Три недели назад ты пришла ко мне вечером. Без экипажа, без служанки. С дорожной сумкой.

В груди стало тесно.

— И что сказала?

— Что уходишь от Леонарда.

Первый вопрос получил ответ.

Я наклонилась вперёд.

— Почему?

— Ты не сказала.

— Совсем?

— Сказала только, что наконец убедилась и больше не собираешься позволять ему решать, что тебе помнить.

Я перестала дышать.

Эмма заметила мою реакцию.

— Значит, сейчас ты уже знаешь хоть что-то?

— Нашла записку.

— Где?

— Неважно.

— Агния, если Леонард...

— Пока я не знаю, что именно делает Леонард. Поэтому мне нужны факты.

Она усмехнулась без радости.

— Ты говорила точно так же в прошлый раз.

— Что произошло потом?

— Ты осталась у меня.

— На всю ночь?

— Нет. До полуночи.

— Почему ушла?

Эмма отвернулась к окну.

— Леонард приехал.

Я почувствовала, как пальцы сами сжались на подлокотнике.

— Ты его вызвала?

— Нет. Он тебя нашёл.

— Как?

— Не знаю.

— Он вошёл сюда?

— Я не хотела пускать его. Ты попросила.

— Я?

— Да. Когда услышала его голос в прихожей, сказала, что поговоришь с ним пять минут и поставишь точку.

— Дальше?

Эмма долго молчала.

— Вы закрылись в библиотеке.

— Надолго?

— Минут на двадцать.

Двадцать минут.

Столько же Марта вчера отвела нашему дневному разговору.

— Когда вы вышли, — продолжила Эмма, — ты выглядела спокойной. Сказала, что всё было недоразумением и возвращаешься домой.

— И ты отпустила меня?

— Я пыталась остановить. Ты рассердилась.

— Что я сказала?

Эмма подняла на меня глаза.

— Что Леонард никогда не причинит тебе вреда и что я пытаюсь разрушить ваш брак.

Я откинулась на спинку кресла.

Эта фраза звучала как мои слова.

Именно так я могла бы ответить человеку, который стал бы без доказательств обвинять мужа.