Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 29 – Лилия Тимолаева

На лице Леонарда отразилось что-то странное.

Не только злость.

Страх.

Тот самый страх я уже видела в возвращённом воспоминании, когда кольцо упало на пол между нами.

Он сделал шаг ко мне.

Орочий страж двинулся следом, однако Ортан поднял руку, останавливая его.

Леонард больше не смотрел ни на кого.

Только на меня.

— Агния, послушай меня.

— Я уже слушала. Шесть раз.

Он вздрогнул.

Совсем немного, но я заметила.

— Значит, ты нашла записи.

— И зеркало.

На этот раз он закрыл глаза.

Всего на секунду.

— Тогда тем более не делай выводов, пока не вспомнишь всё.

— Очень удобный совет от человека, который решал, что именно мне помнить.

— Я никогда не хотел причинить тебе вред.

— А что ты хотел?

— Чтобы ты осталась жива.

Я застыла.

Ответ оказался настолько неожиданным, что подготовленные слова исчезли.

Ортан посмотрел на Леонарда внимательнее.

— Объясните.

— Это не ваше дело.

— Теперь моё.

— Вы не понимаете, во что она вас втянула.

— Возможно. Но договор уже подписан.

Леонард перевёл взгляд на золотой знак и сжал челюсти.

— Его можно оспорить.

— Оспаривайте.

— Вы думаете, я шучу?

— Нет. Я думаю, что вы ворвались в дом Грейров и пытаетесь спорить о правах женщины, которая десять минут назад письменно отказалась принадлежать вашему дому.

Леонард шагнул вперёд.

Я увидела знакомое движение руки и отступила раньше, чем он приблизился.

Он остановился.

Боль на его лице была настоящей.

— Ты теперь боишься, что я прикоснусь к тебе?

— Да.

Я впервые сказала это без оправданий.

Леонард смотрел на меня долго.

— Я не стану.

— Тогда уходи.

— Не могу.

— Почему?

Он посмотрел на Ортана, потом снова на меня.

И произнёс слова, после которых золотой знак на договоре перестал казаться самой невероятной вещью этого дня.

— Потому что это уже было.

Я почувствовала, как похолодели пальцы.

— Что было?

Леонард подошёл ещё на шаг, но на этот раз остановился на расстоянии.

— Этот договор. Грейр. Твоя попытка выйти из нашего брака через орочий род.

Ортан нахмурился.

— Я никогда не заключал с ней договора.

— С вами — нет.

Я смотрела на мужа и едва понимала смысл его слов.

— Леонард...

Он перебил меня, и в его голосе впервые прозвучало не раздражение, не власть и даже не страх потерять контроль. Там была усталость человека, который слишком долго ждал момента, от которого хотел убежать.

— Агния, ты уже делала это раньше. Просто ты опять не помнишь.

— Что именно я уже делала? — спросила я.

Леонард не ответил сразу. Он стоял в нескольких шагах от меня, сохраняя расстояние, которое сам же обещал не сокращать, и впервые за семь лет мне казалось, что мы разговариваем не как супруги. Между нами лежал договор с золотым знаком Грейров, за спиной Ортана ожидал страж, а возле стола замерла Харса, всё ещё державшая в руках футляр с родовой печатью. Леонард видел всё это и, похоже, понимал, что привычного разговора наедине сегодня не будет.

— Два года назад ты искала способ воспользоваться орочьим правом, — произнёс он наконец. — Ты узнала, что вступление в признанный род может разорвать человеческие семейные обязательства, и решила, что это выход.

Я вспомнила собственную уверенность несколько часов назад, когда шла по улице и перебирала варианты. Мысль о брачном договоре показалась мне тогда неожиданной, почти отчаянной, а теперь Леонард утверждал, что я уже приходила к тому же решению.