Книга Муж стирал мне память. Жена орка по договору, страница 76 – Лилия Тимолаева

— Какое именно?

Я сложила письмо.

— Что произошло после того старого несчастья. Почему я вообще попросила убрать первое воспоминание. И что случилось в тот момент, когда моя просьба перестала быть разрешением.

Ортан кивнул.

— Разумно.

— Ты сейчас похвалил моё решение?

— Не привыкай.

— Не успею.

Он улыбнулся краем рта, но я не смогла ответить тем же.

— Поедешь со мной?

Вопрос вырвался раньше, чем я решила, хочу ли его задавать.

Ортан не стал притворяться, что не понимает, куда именно.

— Если хочешь.

— Хочу.

— Хорошо.

Ни «я всё равно собирался», ни «тебе нельзя идти туда без меня».

Только согласие.

Я уже знала, что именно такие мелочи становятся опасно важными.

— Харсу тоже возьмём, — сказала я.

— Боишься остаться между двумя мужьями?

— Больше боюсь, что один из них начнёт вести себя как идиот, а второй решит, что обязан его убить.

— Тогда Харса понадобится, чтобы остановить тебя. Я обычно прекрасно контролирую себя.

Из галереи донёсся её голос:

— Врёшь!

Ортан поднял голову.

— Ты подслушиваешь?

— Ты говоришь во дворе!

Я впервые с момента получения письма засмеялась.

Смех закончился быстро, но помог.

Через час мы уже ехали на Старую улицу.

Я сидела напротив Ортана, потому что рядом сейчас казалось бы слишком близко. После вчерашнего между нами возникло нечто, чему я пока не хотела давать название. Поцелуй не обещал ничего. Именно это делало его ценным.

Ортан не упоминал его.

Я тоже.

Харса ехала рядом со мной и большую часть дороги просматривала бумаги. Только когда старый дом Кроссов показался за поворотом, она закрыла папку.

— Какие правила?

— Правила? — переспросила я.

— Я присутствую как свидетель. Мне нужно понимать, что именно разрешено.

Мне понравилось, что вопрос был задан мне, а не Ортану.

Я подумала.

— Леонард может находиться рядом. Может объяснить, что будет происходить. К кольцу прикасается только после того, как я разрешу. Если я скажу остановиться, всё прекращается сразу.

— А зеркало?

— Я сама решу, когда открыть.

Харса кивнула.

— Грейр?

— Что?

— Ты слышал?

— У меня хороший слух.

— Иногда это не помогает.

— Харса.

— Я уточняю.

Я посмотрела на Ортана.

— И ещё. Если Леонард сделает что-то, чего я не разрешила, не бросайся на него сразу.

Ортан поднял брови.

— А сколько секунд мне подождать?

— Я серьёзно.

— Я тоже.

— Сначала дай мне возможность разобраться самой.

Он не ответил мгновенно.

Вот за это я и доверяла его обещаниям больше красивых согласий. Ортан не изображал человека, которому легко отказаться от вмешательства.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Если тебе не будет грозить непосредственная опасность, сначала действуешь ты.

— Спасибо.

— Пока рано благодарить.

У старого дома нас уже ждали.

Берта открыла дверь и при виде Ортана с Харсой побледнела сильнее, чем во время моего предыдущего визита.

— Госпожа... Кервен.

Она всё-таки исправилась.

— Леонард здесь?

— В зеркальной комнате.

— Один?

— Да.

Я отдала плащ.

Берта посмотрела на Ортана, явно не представляя, предложить ли ему оставить оружие. Он сам снял пояс с коротким клинком и передал Харсе.

— Так спокойнее?

Управляющая торопливо кивнула.

Я посмотрела на него.

— Ты всегда настолько хорошо умеешь пугать людей молча?

— Иногда приходится говорить.

— Представляю.

На втором этаже было холоднее, чем я помнила. Старый западный коридор тянулся вдоль узких окон, за которыми серело осеннее небо. Дверь зеркальной комнаты оставалась открытой.