Книга Забытая жена, страница 181 – Сандра Барро

— Уберите руки! Дайте пройти и не дышите на нас своими винными парами. Вы отвратительно пьяны.

Она сделала шаг, пытаясь выдернуть свою юную подругу из цепких лап, но в этот момент произошло нечто, о чём графиня Ингрид Корсмо, урождённая фон Бреннер, не могла помыслить даже в самом кошмарном сне. Второй матрос, с рыжими волосами, с глазами, полными пьяного, бесшабашного веселья, вполне ощутимо хлопнул её по округлому, благородному заду и ловко развернул к себе.

— Эй, милая, не набивай себе цену! – засмеялся он, оглядывая её с ног до головы с видом знатока. – Ты хоть и неплохо сохранилась, но старовата уже для капризов. Не упрямься, пошли, порадуешь дядю Винни. Я не обижу, тебе понравится!

Ингрид вскрикнула, весь ужас происходящего пронёсся у неё в голове. Она не могла поверить, что это всё сейчас происходит с ней, и оттолкнула наглеца с такой силой, которой от неё не ожидали.

— Оставьте нас, грязные мужланы! Руки прочь! Вы не можете отличить, кто перед вами? Я – графиня!

Рыжий замер на секунду, а затем расхохотался так, что, казалось, с потолка посыпалась извёстка.

— Графиня?! – он схватил её за руку выше локтя. – Ну надо же, какая встреча! А я, выходит, граф! Причём самый что ни на есть богатый, потому что сегодня мне выплатили жалованье за целый рейс! И я даже готов поделиться, если ты будешь сговорчивой!

Хозяин постоялого двора, услышав слово «графиня», побледнел. Мысли о соседстве с домом Корсмо пронеслись в его голове со скоростью ветра. Он выскочил из-за стойки, размахивая руками, и попытался вклиниться между моряком и Ингрид, бормоча что-то о «недоразумении» и «почтеннейшей фру», но его голос тонул в громогласном хохоте и возгласах. Высокий матрос уже тянул за руку к столам онемевшую от ужаса Элину. Второй, тот самый «граф», прижимал к себе Ингрид, которая, позабыв про достоинство, отбивалась небольшой сумочкой, нанося ему совершенно неэффективные удары по плечам.

Именно в этот критический момент массивная дубовая дверь с грохотом распахнулась, пропуская внутрь поток холодного воздуха. На пороге появился Магнус Лангард, капли дождя с его плаща стекали на деревянный пол. Его взгляд, привыкший к полумраку капитанской рубки, быстро оценил ситуацию: испуганное лицо Элины, красное от гнева и стыда – Ингрид, а также ухмылки трёх моряков, которые явно перешли все допустимые границы.

Он двинулся вперёд неспешно, но неотвратимо, как пароход. Молчаливые кучеры, словно тени, встали за его спиной и пошли следом. Его мощный голос, способный заглушить даже штормовой рёв, легко разрезал окружающий шум, и он произнёс:

— Оставьте графиню Корсмо в покое.

Рыжий «граф» обернулся, готовый огрызнуться, но, встретившись взглядом с Магнусом, моментально протрезвел. Узнал. Капитана Лангарда знали во всех портах от Бергенхольма до Копенборга. И знать его в лицо было не просто полезно, а жизненно необходимо для карьеры, а иногда и для сохранения целостности костей.

— Ка-капитан! – бородач, державший Элину, разжал руки, и девушка бросилась к Ингрид. – Извините… мы не знали! Кто ж догадается, что такие благородные дамы по ночам… да ещё одни… Чуть не сплоховали!

Он нервно обернулся к своим ошарашенным товарищам:

— Пошли, парни, хватит на сегодня эля! Завтра утром выходим в рейс!