Книга Она забыла, кто такая, страница 17 – Ева Гуревич

— Два дня назад твоя просьба звучала иначе, – сухо ответил он.

— Знаю. Но я сейчас о другом. Это по работе, и это очень серьезно, — для большей убедительности Анна понизила голос. — Ты опытнее меня и… Думаю, тебе будет интересно.

Юра вскинул брови и устало вздохнул, постукивая пальцами по рулю.

— Ань, давай поговорим об этом в понедельник. Как видишь, я немного занят.

— Куда едешь? — спросила она, хоть и знала ответ.

— В Выборг.

— Отлично, обожаю Выборг, — Анна потянула за ремень безопасности.

— Ань, ты не можешь поехать со мной. Я еду к родителям.

Она ответила не сразу — только когда воткнула ремень в замок, уселась поудобнее.

— Уверена, Диана Викторовна будет очень рада меня видеть.

Анна улыбалась и смотрела Юре в глаза с полной уверенностью, что ему сегодня от нее уже не отделаться. Но Юра улыбкой не отвечал. После недолгого противостояния взглядами Анна, наконец, сдала оружие.

— Юр, прости. Я повела себя некрасиво. Я была не в себе. Да и вообще… Я знаю, как со мной было трудно в последнее время. Всегда было трудно. Но сейчас ты мне очень нужен. Дело Екатерины — это больше, чем коробка с письмами. И я хочу в этом разобраться.

Юра смотрел на спидометр, перебирая в руках неподожжённую сигарету. В салоне стало совсем тепло. Анна положила ладонь ему на предплечье. Впервые за долгое время она прикоснулась к нему — та Анна, которая занимала ее место последние годы, не прикасалась к нему первая. Ни к кому не прикасалась.

— Кроме тебя у меня нет никого, кому я могла бы довериться, — закончила она.

Юра завел машину и выжал сцепление.

— Ладно, поехали. По дороге расскажешь.

За окнами «Форда» проносились свекольные крыши, резные фасады, тугие вывески, мокрые куртки и искры дождя на пальто прохожих. Как только они выехали за пределы Петербурга, Анна открыла окно, чтобы вдохнуть весеннего воздуха, а вместе с ним в салон хлынул завистливый лай толстой собаки, стоявшей на последнем городском светофоре.

— Ну рассказывай, — сказал Юра. — Что ты там нашла?

— Екатерина, с чьими письмами я работаю, погибла при пожаре в театре, в день премьеры.

— Я помню, — кивнул Юра. — Несчастный случай. По официальной версии.

— Да. По официальной, — Анна поморщилась. — Но есть и другая версия. Не подтверждённая. Что пожар был заказным.

Юра бросил на неё быстрый взгляд, но не перебил.

— Екатерина была помолвлена с Вяземским. Их брак был выгодным для обеих семей. Но это тот случай, когда брак по расчету совпал с браком по любви.

— Повезло, — усмехнулся Юра.

— Это как посмотреть. Отца Екатерины заподозрили в измене. Если свадьба состоялась бы, тень легла бы и на Вяземских. И тогда проще было убрать саму Екатерину. Вместе с возможным скандалом.

— Красиво, — тихо сказал Юра. — Так тебе нужно выяснить, замешаны ли Вяземские? Не пойми меня неправильно, но… Это же и есть твоя работа? Чем я могу помочь?

Анна вздохнула и задержала дыхание, подбирая слова.

— Эти письма… Они все о Вяземском. И в них чувствуется доверие, тепло, любовь. Это точно было взаимно. По крайней мере, по большей части писем невозможно даже предположить, что Вяземский мог быть причастен к поджогу.

— А по меньшей? — спросил Юра, переключая скорость.

Анна криво усмехнулась.

— Меньшая меня и пугает. Ощущение, что Екатерина впадала в какое-то помешательство. Или кто-то хотел, чтобы так казалось. В некоторых письмах она пишет о надвигающейся опасности, о предательстве. Она не называет имен, но я почти уверена, что речь о Вяземском. Но самое странное…