Книга Светлейший князь, страница 42 – Роман Злотников

— А вы как же?

Владимир Алексеевич криво усмехнулся.

— Мне велено прибыть в Кронштадт и принять командование над Балтийским флотом. Причём, – он поднёс к глазам бумагу, которую держал в руках и процитировал: – Не позднее десятого сентября.

— Но-о… почему? – растерянно произнёс Нахимов.

— Потому что по сравнению с тем, – начал Даниил, – как выглядят корабли и их экипажи здесь, на Чёрном море, – на Балтийском флоте всё куда более печально. По всем направлениям – около трети кораблей находится в неудовлетворительном состоянии, их команды не сплаваны, крепость Бомарсунд до сих пор не достроена, укрепления Свеаборга устарели, а у Риги, Ревеля и Пернова не только устарели, но и явно недостаточны. Но, вместо того чтобы заниматься насущными вопросами флота, в командовании балтийцев идёт сплошная грызня и подсиживание, усугубляемые воровством и чрезвычайно слабой компетенцией начальников, половина из которых не выходила в море уже более десяти лет. И это учитывая регулярные плавания по маршруту Санкт-Петербург – порт Колон и обратно для сопровождения караванов переселенцев в Калифорнию, а также в бразильскую Макапу, через которую идёт основной вывоз каучука из Бразилии в Россию и в Рио-де-Жанейро. И ежели бы не это – положение дел с корабельным составом и уровнем обученности команд было бы куда хуже нынешнего. – Даниил сделал паузу и вздохнул. – И это не мои слова. Так считает государь.

— А всё твоё упрямство! – сердито бурчал император, взбегая по Советской лестнице Большого Эрмитажа. И – нет, это название не имело никакого отношения к Советскому Союзу, до создания которого было ещё почти семьдесят лет… если он, конечно, здесь вообще будет создан. Просто эта лестница выходила к залу, в котором обычно проходили заседания Государственного совета Российской империи. – Согласился бы стать председателем Комитета участия – сколько бы времени можно было бы сэкономить!

— Кому? – сердито огрызнулся Даниил. – Мне? Да я бы тогда вообще только выставкой и занимался.

— Мне, – ещё более сердито рявкнул император. – Ты что думаешь, у меня времени много, что ли?! Я и так тебя не гружу ни разведкой, ни контрразведкой, ни телеграфным агентством – всё сам… только тем, где без тебя не обойтись!

— Ага, не грузишь, – огрызнулся светлейший князь. – С кого предложения по штатам требовал написать? А программу курсов переподготовки для строевых офицеров? А с положением сколько меня мучил? Хотя я тебе говорил, что ни хрена в этом не понимаю!

— Да уж побольше других понимаешь, – зло рыкнул император. – И фильмы смотрел, и книжки читал, и лично общался, когда подписки всякие давал, сам мне рассказывал… Так что не хрен тут Фому незнающего из себя строить!

— Да я и не строю, просто ты почему-то до сих пор думаешь… – распалившись, начал Даниил, но они уже подошли к дверям зала, возле которых толпились члены Государственного совета, и ему пришлось резко оборвать свой гневный спич. Ещё не хватало ругаться с императором на глазах у этой толпы высокопоставленных сановников.

Когда все расселись, Николай коротко кивнул председателю Государственного совета Чернышёву и сердито отвернулся от светлейшего князя Николаева-Уэлсли. Тот тоже насупился – коне-эчно, ему-то можно обижаться, а Даниилу что, разорваться, что ли? На нём и так главный гвоздь Лондонской выставки науки, промышленности, искусства и торговли – колесо обозрения! И хрен кто понимает, что это офигеть какая сложная инженерная задача. Да они только расчётами и экспериментами занимались почти полгода, прежде чем смогли приступить к изготовлению. Тут же не только статическую нагрузку посчитать требуется, но и динамическую, и ветровую… Это ж какой позор обрушится на Российскую империю, ежели колесо по каким-то причинам рухнет прямо во время выставки. Да и если оно обрушится потом, после того как, отработав полгода в Лондоне, будет привезено обратно на родину, – тоже ничего хорошего не будет… Плюс Даниил, как обычно, постарался одним действием решить сразу несколько задач. Поэтому якобы для ускорения производства колеса обозрения были собраны бригады клепальщиков с большинства верфей, в том числе и государственных. Их было пока не так и много. Потому что боевые корабли до сих пор, после знаменитого эксперимента англичан в тысяча восемьсот сорок шестом году, когда был произведён обстрел из орудий построенного из железа тендера «Руби» постройки одна тысяча восемьсот сорок второго года, закончившийся настоящей катастрофой, строились исключительно из дерева. Вернее, не совсем так – набор корпуса был уже практически весь железный, а вот обшивку пока предпочитали делать именно деревянной. Уж больно яркие впечатления остались от английского эксперимента: ядра не просто пробивали железный корпус навылет, но ещё и обрушивали на внутренности корабля огромное количество железных осколков, выкашивающих всё в кашу, а получившиеся зазубренные проломы было крайне трудно купировать заведением пластыря либо пробками и клиньями. Так что железные корпуса пока в мировом кораблестроении остались прерогативой исключительно гражданского судостроения… Но после Крымской войны, во время которой должен был состояться, так сказать, выход на авансцену первых броненосцев, это должно было измениться. Поэтому после окончания кораблестроительной программы и ввода в строй последних восьми фрегатов типа «Соломбала», в настоящий момент достраивающихся на верфях на Балтике, Белом и Чёрном морях, все государственные верфи и существенная часть частных, на которых можно было строить крупные корабли, должны были закрыться на реконструкцию. Чтобы после её окончания не только быть полностью готовыми к строительству кораблей и судов из железа, но ещё и размеры этих судов должны были существенно подрасти. Для чего, естественно, необходимо было обучить куда большее число клепальщиков, нежели их было на верфях сейчас, когда технологии клёпки использовались только в производстве и соединении балок для набора корпуса. Вот для этого и решили использовать строительство колеса обозрения… Плюс Даниил надеялся, что после бенефиса его броненосцев мониторного типа они точно какое-то время попользуются большой популярностью у иностранных заказчиков.