Онлайн книга «По обе стороны времени»
|
— «Отвёл глаза»? Рэкетирам или всем, кто был в магазине? — Всем, – вздохнул Роман. – Наверно, так полагается при гипнозе. А чего об этом докладывать? Мне Боксёр ещё и челюсть свернул. Ладно, Кент вправил… — Что же это за чудо-юдо такое – Кент Балагул?! Он и гипнозом владеет, и челюсти вправляет… А может, золото – вовсе и не гипноз, а самое что ни на есть всамделишное? — Не знаю. Я его больше не видел. — Кента или золота? — Ни того ни другого. — Ясно. – Владыкин отпустил плечо Романа, походил по кабинету. Остановился возле железного шкафа, в котором обычно хранилось табельное оружие полицейских, открыл его и заглянул внутрь. Спросил, не высовывая головы из шкафа: – А Кент после всего, что было, ничего больше не делал, не говорил? — Челюсть мне вправлял, что-то говорил, но я не помню – больно было. — Ну-ну… – Шериф вытащил из шкафа какой-то свёрток, положил перед Романом: – Разверни. В свёртке оказалось металлическое устройство, похожее на израильский автомат «узи» (Роман видел их в кино), и отдельно несколько деталек и пружинок. — Знаешь, что это такое? – спросил майор. Роман отрицательно мотнул головой: — Впервые вижу. — Эта штука принадлежит Кенту Балагулу. По недоразумению она попала в руки моего друга профессора Хайдарова, и теперь мы хотим её вернуть владельцу. — Вы хотите, чтобы это сделал я? Без проблем. — Нет. Мы хотим вернуть сами… — Тогда при чём тут я? Возвращайте. — Какой ты, Рома, ершистый! – досадливо поморщился Шериф. – Не хотим мы в усадьбу идти, бывал я там, нечистая она. Ты с Балагулами знаком, вызвал бы Кента на стрелку… то есть на встречу… а дальше мы уж сами… — Вы в усадьбе бывали, а я – нет. Что там и как – не знаю… Хотя… вообще-то припоминаю… Кент в магазине после налёта говорил, будто какую-то штуку у него украли. Наверно, эту. — Что ты хочешь сказать? – насторожился майор. — А то, что профессор ваш – мелкий уголовник, и его надо не покрывать, а сажать в КПЗ. — Но-но-но! – закипел Шериф. – Профессор вором быть не может по определению. Это во-первых. Во-вторых, он уроженец Угорья, единственный за всю нашу историю профессор. Вдумайся в это слово: ПРОФЕССОР! С него пылинки надо сдувать, а не в каталажку сажать. И в-третьих, он – мой друг, с детства, можно сказать, не разлей вода! — А как же честь мундира? Что вы мне говорили, когда в полицию принимали? Честь российского полицейского хранить как зеницу ока! А сами дружбу с воришкой водите… — Не догоняешь? Повторяю: это недоразумение. Игнатий Васильевич просто полюбопытствовал… Впрочем, чего я тебе, мальчишке, объясняю? Ты же, кроме своих песенок, ничего не видишь, а мог бы заглянуть чуть дальше. – Последние слова Владыкин произнёс с таким явным намёком, что Величко посмотрел на него с любопытством. Майор не обманул его ожиданий и продолжил: – Ты же мечтаешь свой «Хайтек» вывести из Угорья – в Благолепинск, а может, и в столицу. Понимаю, большие бабки нужны, и мне почему-то кажется, что Балагулы могли бы поспособствовать… Роман опустил голову. Шериф разбередил его самую сокровенную мечту – вырваться из их медвежьего угла. Он был готов уехать даже один, без группы, но помешали непредвиденные обстоятельства: сначала в тайге бесследно пропал отец-охотник, от этой утраты слегла мама, понадобились деньги на лекарства, ну и так далее… А тут Кент со своим золотом из железа. Как было бы здорово получить его буквально из ничего, не нарушив ни одного закона! Правда, он понятия не имел, сколько вообще нужно этого «презренного металла» для раскручивания группы, но полагал, что хватило бы и того количества, которое государство отдаёт нашедшему клад, то есть четвёртой части. Ведь поимка рэкетиров с золотом равнозначна находке клада! Ему и в голову не приходило, что можно просто попросить Кента помочь, а тот вряд ли откажется от доброго дела… |