Онлайн книга «Дорога в 1000 ли»
|
Император сел в кресло во главе стола для заседаний, пригласил сесть военного министра. Куропаткин немедленно разложил перед собой бумаги из кожаной папки и собрался приступить к докладу. Секретарь не сказал, по какому вопросу вызов, и Алексей Николаевич решил доложить о последних преобразованиях в армии. Ему было что сказать государю. После Крымской войны и неудач на Балканах российская армия находилась в плачевном состоянии. Принявший пост военного министра генерал от инфантерии Пётр Семёнович Ванновский за 17 лет руководства сделал много для её возрождения, и Алексей Николаевич Куропаткин оказался достойным его преемником. С одной стороны, он развил и закончил одни реформы Ванновского, с другой – выдвинул свои, несущие изменения, весьма положительные, по признанию самих военных. Сейчас он принёс проекты преобразования управления азиатских военных округов. Однако государь остановил его прямым вопросом: — Значит, вы считаете, Алексей Николаевич, пришло время вводить в Маньчжурию регулярные войска? Как я понимаю, это – ваша хрустальная мечта: сделать из Маньчжурии вторую Бухару, некую Желтороссию. — Да, ваше величество, сейчас самый подходящий момент. На это направлены и проекты изменения руководства азиатских военных округов, которые я намерен представить вашему вниманию, – Куропаткин похлопал ладонью по разложенным бумагам. — Проекты рассмотрим обязательно, а пока срочно представьте расчёты количества необходимых для интервенции войск и реального времени для их передислокации в Маньчжурию. Сколько понадобится времени для расчётов? Куропаткин задумался. Нужна была масса исходных данных, начиная с оценки потенциальных противников, что сделать весьма непросто, поскольку постоянно менялось количество повстанцев и переходящих на их сторону правительственных войск; от командующих Приамурского и Иркутского военных округов следовало получить полные данные о состоянии подведомственных им войск, чтобы оценить возможность их участия в интервенции; Министерство путей сообщения должно представить сведения о состоянии железной дороги от Урала до Иркутска и от Байкала до границы Маньчжурии и пропускную способность дороги и прочая, и прочая… Император ждал, постукивая пальцами по лакированной поверхности своего рабочего стола. Военный министр с ужасом понимал, что потребуется не меньше месяца для подготовки плана кампании, но этого месяца ему никто не даст. Надо было ещё тогда, с доклада Витте, заняться этим вопросом, ведь понятно было, что когда-нибудь мы войдём в Маньчжурию, а я ушами прохлопал, поверил словам государя, что вводить войска не надо, – вот и приходится расхлёбывать. — Что ж вы молчите, господин военный министр? – окатил император своего верноподданного ледяной волной. – Я спрашиваю: сколько вам нужно дней для подготовки плана? — Не меньше трёх недель, ваше величество, – с трудом выговорил Куропаткин. Николай Александрович с удивлением взглянул на него, сказал с сарказмом: — Видимо, ваше министерство работает с такой же скоростью, с какой вы думали над моим вопросом… – И оборвал сам себя: – Даю десять дней, а пока подготовьте приказ командующим Приамурского и Иркутского военных округов и Квантунской области о немедленном введении войск в Северо-Восточный Китай. Следует очистить его от всяческих боксёров и дезертиров, предавших империю. |