Книга Чудовища на Полынной улице, страница 146 – Ольга Болдырева, Анна Сешт, Татьяна Ван, и др.

Что-то ударило ее в спину, не слишком больно, но остро, и Эля припала телом к камню под собой, обнаружив свои руки развязанными. Топот приблизился, и Эля инстинктивно уперлась лицом в камень, пытаясь по-детски спрятаться от тех, кто явился из недр горы.

Она зажмурилась, почувствовав тот самый шаг извне. Люди заохали, загрохотала техника, закричали неподготовленные к увиденному свидетели. Минуты длились мучительно долго, чавкающие и хлюпающие звуки оглушали Элю, застывшую и будто вросшую в породу. Наверняка жители аула спишут эти звуки на позднеосенний гром, но воображение живо дорисовывало монструозных громил, которые взяли хлипкое тело белобрысого пройдохи Макса и теперь с восторгом разрывали его напополам, как Ксюша разрывала хлеб. И выпивали кровь, как Диана – гранатовый сок. И вышагивали с хрустом по костям криптозоологов так же легко, как танцевала Майя.

Эля подозревала, что жестокость призванных ею алмасты не обойдет стороной и подруг, совсем невинных жертв. Но она все же молилась им, девам из глубин: «Не троньте женщин, отпустите и Ясмину, никто не заслужил смерти. Вы не монстры. Дайте им в этом убедиться».

Большое тело нависло над ней, сильные руки подняли и прижали к мягкой груди. Эля вдохнула: запахло пылью и кожным салом, кровью и пещерной сыростью. Тепло подействовало на измученную Элю успокаивающе, она приложила голову к мохнатому плечу – и уснула.

Проснувшись после долгого лихорадочного сна, Эля обнаружила себя в пещере. А кругом – одни звероподобные монстры.

Эля выжила. Это первое, что она поняла, – и руки остались при ней, и ноги. Однако она была нагая – хотя к ранам на коленях прилипли листы неизвестных растений, а на животе лежал камень. Эля спохватилась, желая прикрыться, но заметила: волосы ее, распущенные и вычесанные, лежали, прикрывая грудь до нижних ребер.

Привыкшие к полутьме глаза уперлись в пещерный свод наверху. Света совсем немного – но различимы и камень, и местами струящаяся по нему влага, и мох, который служил Эле гостевой кроватью.

Она осмотрелась, чтобы найти хозяев этой пещеры, – но наткнулась лишь на проход в самом углу «комнаты», где ее оставили лежать, как для жертвоприношения. Эля дрожащими руками столкнула камень, и тот с грохотом свалился на пол. Звук оказался слишком громким, но никто не пришел. Она поднялась, осваиваясь на трясущихся ногах, и побрела к выходу, из которого и сочился спасительный свет.

За небольшим проходом Элю ждал причудливый новый мир: пещерный город народа алмасты. Когда она вышла – через дыры в камнях большое пространство освещали каскады солнечных лучей, – неведомое существо издало рев и тяжелым бегом кинулось к ней.

Эля закричала, прикрыв лицо руками. Существо остановилось рядом, большущей лапой прикоснулось к Элиной голове. Любопытство взяло верх: медленно раздвинув ладони, Эля глянула через них, как в щелочку, чтобы рассмотреть алмасты поближе.

Перед Элей стояла женщина с добрым взглядом – почти в два раза выше ее самой, вся покрытая шерстью. Лицо – грубовато-смуглое, с большими губами и широким носом. Из-за сильно нависших над глазами бровей она казалась похожей на первобытных людей из учебника. Отвисшие груди – единственное место без шерсти, но алмасты прикрывала их длинными рыжевато-коричневыми волосами. Примерно так же нарядили Элю – в ее же волосы.