Книга Духи Минска, страница 54 – Екатерина Стрингель

Заиграла самая романтичная часть песни: в клипе в этот момент Фред Дерст целует Холли Берри. Игорь потянулся к Насте: лица оказались настолько близко, что кожей ощущалось горячее дыхание. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Лица все ближе, пульс все быстрее, губы соприкоснулись, дыхание перехватило. Как будто бы их души оторвались от тел и высоко в небе слились в танце.

Они целовались под звуки дождя, окружающий мир застыл, заморозился, даже музыка перестала звучать. Были только они, их души и неудобный подлокотник между сидениями. Настя мысленно проклинала конструктора машины за то, что расположил подлокотник именно там.

«В Chevrolet Impala, как в „Сверхъестественном“, спереди – сплошной диван без подлокотника. В нем было бы точно удобнее целоваться».

Ливень начал стихать и превратился в небольшой дождь. Несколько счастливых секунд растянулись в целую вечность, разливаясь теплом внутри, которое растопило и растворило в себе вязкую грусть, завладевшую сердцем еще пару часов назад. Больше не хотелось плакать, не хотелось кричать что есть силы. Хотелось просто остаться навсегда в машине с неудобным подлокотником, под шум дождя, в объятиях Игоря и аромата кофе с круассанами. Чтобы никто и ничто больше не могли потревожить душевный покой.

Раздался громкий стук сбоку, Настя и Игорь вздрогнули и отпрянули друг от друга. Стучали со стороны Игоря, он приоткрыл окно. Возле него стоял мужчина в форме.

— Доброго вечера, инспектор ГАИ города Минска Бирюков, – проговорил мужчина заученную до автоматизма фразу без малейших эмоций.

— Добрый вечер. Что‐то случилось? – Игорь обеспокоенно высунул голову в окно.

— Здесь нельзя стоять – вы заехали под запрещающий знак. – Он жестом показал куда‐то в темноту.

— Да-а-а-а? Наверное, я не заметил. Извините, – искренне удивившись, сказал Игорь.

— Предъявите, пожалуйста, документы, – также спокойно и без эмоций пробубнил гаишник.

— Да, конечно. – Он потянулся к бардачку через Настю, достал оттуда кожаное портмоне и нужные документы. Мужчина взял их, покрутил в руках и вернул.

— На первый раз предупреждение, в следующий – будет штраф, – кивнул он и скрылся в темноте.

Игорь подождал, пока уедет машина с мигалками, и начал медленно выезжать с укромного места. Пока он прятал документы в портмоне, затем в бардачок, Настя подсмотрела на них: «Черняк Игорь Аркадьевич».

«Черняк… Что‐то знакомое. Хм-м… Наверное, в школьные годы я знала, кто он».

— Блин, я правда не видел никакого знака, – начал оправдываться Игорь.

— Охотно верю, мистер Нарушитель. «Мама ама криминал», – с улыбкой сказала Настя.

— Блин, теперь будешь полжизни подкалывать этим. – Он прикрыл глаза рукой.

— Почему всего лишь половину? Я могу и семьдесят процентов. Рассчитаю план на каждый день, как ты учил, и буду выдавать сарказм порционно. – Она сделала вид, что подсчитывает что‐то.

— Окей, шутка засчитана. – Игорь усмехнулся и начал пристегивать ремень безопасности. – Ну что, отвезти тебя домой?

— Да, отвези, пожалуйста. – Вся усталость за день внезапно навалилась на Настю и вдавила в сиденье. – Глаза уже слипаются. А то усну прямо в машине.

— А я и не против. Заберу тебя домой, скажу маме: «Это Настя, теперь она будет жить с нами».

— О да! Чувствую, она очень обрадуется! – хмыкнула она.