Онлайн книга «Кровавая ассамблея»
|
— А шпага тебе на что? — хмуро поинтересовался Яков Петрович. — Так ежели я тут шпагой размахивать начну и колоть слуг направо и налево, так сам же в острог и попаду, вместо разбойничков наших! — И то верно… — вздохнул генерал-полицмейстер. — Но ты знаешь что, голубчик? Есть у меня для тебя один подарок… — он сунул руку в широченный карман своего камзола и вытащил оттуда сложенный в несколько раз лист бумаги. Видимо, когда-то он был перевязан нитью и запечатан сургучом, но сейчас печать уже была сломана. Взяв мою руку, Шепелев вложил в нее бумагу. — Вот, пользуйся! — Что это? — поинтересовался я с некоторым недоумением. — В отличие от тебя, я приглашение от князя Бахметьева получил. На две персоны, как это обычно и принято… К сожалению, присутствовать нынче вечером на ассамблее у меня никак не получится. Есть на то ряд причин, озвучивать которые я тебе не стану. Так что на ассамблею вместо меня отправишься ты. И лично проконтролируешь выполнение наших поручений. — Но как же… — начал было я, однако, заметив, как Яков Петрович недовольно морщит свой круглый нос, сразу же осекся. — Тебе что-то не нравится, подлец ты эдакий? — подозрительно спросил Шепелев. — Да нет, что вы! — воскликнул я. — Горжусь оказанным мне доверием! Генерал-полицмейстер погрозил мне пальцем. — То-то же! Как я уже сказал, приглашение выдано на две персоны, так что можешь прихватить с собой кого-то из приятелей. Ты ведь у нас пока еще холостяк, как я помню? Так что супружницы у тебя нет. — Точно так, Яков Петрович, супружницей пока обзавестись не успел! Однако ко мне родня из Новгорода в гости пожаловали, в свете петербуржском никогда прежде не бывавшие. Могу ли я взять с собой свою кузину? — Кузину? — с сомнением проговорил генерал-полицмейстер. — И сколько ж лет этой девице? — Около двадцать, — ответил я, подумав несколько мгновений. А что — и не соврал почти, получается. — Около двадцати… — повторил Шепелев. — И в свете никогда прежде не бывала. Ну-ну… Она и впрямь тебе кузина, Сумароков? В голосе его слышалось сомнение. — Обижаете, Яков Петрович! — я развел руками и откинул голову назад, желая как бы показать, что подобное недоверие совсем неуместно. — Катерина Романова, прибыла из Новгороду только вчера и страстно желает ознакомиться с Петербургом! — Желает страстно… — шепотом проговорил Шепелев. — Эх, молодость, молодость! Знаешь голубчик, лет тридцать назад была у меня тоже одна кузина. И даже две… Хотя, нет, тебе об этом знать не обязательно. Ладно! — решил он. — Приводи с собой кого хочешь, но чтобы шуры-муры твои не в ущерб делу были! Понял меня, подлец эдакий⁈ — Понял, Яков Петрович! — я так и вытянулся в струнку. — Не в ущерб делу! — И на полянках под статуями срамными не обжиматься, ясно тебе⁈ — Яснее ясного, Яков Петрович! Генерал-полицмейстер показал мне свой пухлый как свиная колбаска палец и потряс им, да так что тот заколыхался наподобие веера. — Смотри мне. — Смотрю! Шепелев вздохнул и направился по лестнице наверх, придерживаясь за каменные перила. Я следовал за ним на ступеньку ниже. Поднявшись на большую овальной формы площадку крыльца, мы вновь остановились, чтобы Яков Петрович смог перевести дух. Сдернув с себя парик, он утер им пот с лица и снова натянул на лысину. |