Книга Кровавая ассамблея, страница 71 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Все мои расспросы, видели ли кто-либо из гостей предполагаемого стрелка, результатов не дали. Да я и не рассчитывал на это. Момент для выстрела был подобран весьма удачно — увлеченные фейерверком, никто из гостей даже не обратил на него внимания. И если бы не несколько человек, способных отличить пистолетный выстрел от хлопка бутылки шампанского, то сиятельный князь мог бы еще долго лежать за кустами, никем не замеченный.

Стоп! Но я совершенно точно слышал два выстрела! Значит, у предполагаемого убийцы было два пистолета? Но зачем?

Ерунда какая-то…

Сопровождаемый Вяземским, который волей случая оказался в центре событий и теперь чувствовал себя необычайно гордо, я осмотрел место происшествия. Ничего необычно и подозрительного здесь не было. Только пятна свежей крови на траве говорили о том, что совсем недавно здесь произошло покушение на убийство.

Одно было непонятно: с какой целью сиятельный князь в самый разгар фейерверка решил уединиться в кустах? Можно предположить, конечно, что ему приспичило по малой нужде, а сходить до нужника было лень. Но как-то это… притянуто за уши, что ли?

Тот, кто в него стрелял не мог знать заранее, что сиятельный князь пожелает покинуть гостей и окажется в удобный для выстрела момент именно в этом месте. Для этого нужно быть ясновидящим. А я таковых даже среди магов не встречал.

Не особо надеясь на успех, я опросил караульных гвардейцев на воротах. Мои сомнения подтвердились: никто из них не заметил ничего и никого подозрительного. Людей с огнестрельным оружием они не видели. Собственно, они не видели вообще никого — все гости находились около особняка, и у ворот никто из них не слонялся.

Все было чинно и спокойно. Гвардейцы так и сказали:

— Все спокойно, господин следователь сыскного приказу! За время дежурства ничего подозрительного не наблюдалось!

Словно псы пролаяли — отрывисто так, громко. Одно слово: лейб-гвардия.

Я и не рассчитывал, что опрос караульных как-то прояснит ситуацию. Вряд ли человек, решившийся на убийство и пронесший с собой на ассамблею сразу два пистолета, будет маячить на виду у караульных гвардейцев.

Тогда я вернулся на место преступления. Петруша Вяземский теперь повсюду сопровождал меня с видом необычайно значимым. Он даже вызвался опросить гостей — из числа тех, кто прошел в дом, сопровождая раненного князя — на предмет каких-то возможных полезных наблюдений. Я отпустил его с богом, а сам занялся осмотром окрестностей, пытаясь выявить место, где мог находиться предполагаемый стрелок.

Разумнее было предположить, что скрывался он где-то в кустах, поджидая подходящий для выстрела момент. Конечно, подобная тактика выглядела глупой и могла вообще не дать никакого результата, но ведь нельзя сбрасывать со счетов версию, что стрелок мог быть умалишенным?

Вот же черт, не слишком ли много умалишенных для одних-то суток?

Ничего не обнаружив в близлежащих кустах, я вновь вернулся на место преступления, обозначенное пятнами крови князя Бахметьева. Здесь находился и серебряный поднос, на котором все еще стоял графин с водкой, лежали ножи и валялась окровавленная пуля. Перепачканные в крови салфетки лежали тут же.

Тут подоспел и Петруша Вяземский, по-прежнему с фонарем в руках. Заметив мой вопросительный взгляд, он отрицательно покачал головой.