Книга Выбор богов. Книга 3, страница 79 – Анна Сешт

Во взгляде супруга Анирет различила тень удивления – не потому, что его отослали, а потому, что Император собирался о чём-то говорить с ним лично. Украдкой она ободряюще кивнула Нэбмераи, прежде чем занять место рядом с отцом.

Когда Таэху покинул покои, Секенэф накрыл её руку тёплой ладонью.

— Нам многое предстоит сделать, моя дорогая. И потому я решил, что ты останешься подле меня – Хенму подождёт.

Анирет не удивилась, что отец решил изменить её обучение – дядя уже предупредил её.

— Это будет мне в радость, – ответила девушка, чуть сжав его руку в ответ.

Но не успела она задать вопрос, который так долго готовила, как Император подвинул к ней свиток и заговорщически улыбнулся. В этот момент он очень напоминал Хатепера. А что бы ни скрывалось в этом свитке, это определённо приносило Секенэфу радость.

— Мой подарок тебе.

— Благодарю, отец.

Он мягко рассмеялся. Царевна и забыла, как звучал его смех!

— Ты ведь даже не знаешь, что там! Прежде посмотри.

Анирет послушно развернула свиток, пробежала взглядом по строкам… и едва не лишилась дара речи. Перед ней лежал личный указ Владыки Обеих Земель о восстановлении храма Хатши Эмхет Справедливой именем её, царевны Анирет. И ниже, под его печатью, оставалось место для печати уже её.

Она подняла взгляд на отца, увидела в его глазах, светившихся радостью: конечно же он знал, как много это значит для неё. И потому устроил всё даже раньше, чем она пришла с официальным прошением.

Чувства оказались сильнее её, сильнее выученного этикета. Анирет крепко обняла Владыку, шепча слова благодарности. Секенэф обнял её в ответ, удержал в кольце своих рук даже дольше, чем занял её смелый порыв. Её буквально окатило далёким, ещё детским чувством, когда она была уверена, что нужна своим родителям, и не сомневалась в том, что одарена их любовью, а не только долгом. Впрочем, с отцом теперь это было действительно так.

— Поставь свою печать, и завтра же этот указ вступит в силу, – тепло проговорил Император. – То немногое, что я могу и должен сделать для тебя.

— Немногое? – повторила Анирет, качая головой, прижимая свиток к груди. – Я не знаю, что может быть дороже, чем этот дар.

— Язнаю, – серьёзно кивнул Секенэф. – Но об этом мы поговорим ближе к ночи. Будь готова к небольшому путешествию.

— О…

— Со мной, – он улыбнулся, но его взгляд потемнел от некой неясной ей печали. – Я не смогу дать тебе всё, чего лишал тебя эти годы. Но хотя бы постараюсь передать тебе то, что твоё по праву. Как и обещал.

Говорил он, конечно же, не только о храме Хатши.

Когда Анирет поставила свою печать под печатью отца, и с приятными формальностями было покончено – ей до сих пор не верилось! – Секенэф попросил её рассказать о путешествии, об острове Хенму. Царевна была уверена, что дядя и так рассказывал Императору про её обучение, да и осведомители отца не дремали. Но в какой-то миг она поняла, что ему просто приятно выслушать её, получить её впечатления из первых рук. И она ценила это, тем более учитывая последнюю просьбу Хатепера.

«Не так уж многое напоминает ему о том, что значит быть живым… а тебе это под силу. Пригляди за нашим Владыкой, звёздочка…»

Анирет не помнила, когда ещё они говорили так долго. Были минуты безмолвного понимания, молчаливой поддержки, но как мало, в самом деле, было в их жизни таких вот простых бесед – о делах, о семье. Прежде она даже не думала, что Владыке это может быть нужно.