Книга Смерть придёт на лёгких крыльях, страница 71 – Анна Сешт

От Нахта не укрылась боль, с которой командир сказал это. Если его вести о казни телохранителей потрясли – он вообще не мог представить, что такая несправедливость возможна подле самого Пер-Аа! – то Усерхата задели глубже, более лично.

Садех погладила мужа по руке и добавила уже серьезно:

— Я, может, и не жрица, но людей чую хорошо – по-простому, по-человечески. Скорбь и страх этой бедной девочки настоящие, как бы она ни пыталась их скрыть. И настолько же настоящее ее желание добиться справедливости.

Усерхат вздохнул.

— Все эти истории о живых и мертвых, конечно, невероятны. Имхотеп пытался мне объяснить, но я не понял и половины. Ну да ладно – главное, что понимает он сам. А мы исполним свой долг и доверимся воле Богов, помогающих нам.

— Воле Богов… – задумчиво повторил Нахт, вспоминая сны и черную собаку, которая изначально привела его в мастерскую.

«Может, кого от смерти спасешь. А может, и сам спасешься…» –сказал ему тогда старик-бальзамировщик.

Часть этого странного предсказания сбылась – он помог Беку и защитил Шепсет. Сбудется ли вторая?..

— Ладно, поздно уже. Пойду я, с вашего позволения, – утром в патруль.

— Возьми завтра несколько ребят покрепче, из ваших, из меджаев, – сказал командир. – Разведайте окрестности Сет-Маат, только слишком не углубляйтесь. Я ей обещал – пусть хоть за семью будет спокойна.

Воин кивнул.

— Все сделаем.

Ему и правда хотелось хоть немного помочь этой жрице. И так ей несладко пришлось.

Попрощавшись с Усерхатом и Садех, он вышел в ночь. В гарнизоне было тихо, и хрупкую тишину нарушали только редкие крики ночных птиц и голоса хищников в каменистых холмах Долины Царей. Улица пустовала – большинство жителей уже спали. Меджай шел мимо лепившихся друг к другу домиков с тростниковыми крышами. В некоторых манящим золотым теплом горели огоньки светильников. Гавкнула собака, заслышав его шаги, и ей ответила другая, от соседнего дома, на которую тут же кто-то сонно прикрикнул. От ворот доносились тихие голоса дозорных, игравших в камни, чтобы развеять скуку.

Впереди он увидел женскую фигурку и черного пса. Похоже, жрице не спалось после всех разговоров, и она тоже решила немного прогуляться. Ускорив шаг, Нахт нагнал ее уже в небольшом садике, разбитом за домом Имхотепа. Заметив его, Шепсет кивнула, но ничего не сказала – вглядывалась в силуэты скал Долины Царей, прорезающих небо за стенами гарнизона. Пик Та-Дехент возвышался величественной тенью, защищая сокрытые гробницы Владык. Над ним уже зажглись первые звезды и поднималась серебристая лодочка луны. Хонсу благословлял свой город мягким сиянием.

— Я не знал, через сколькое тебе пришлось пройти, – тихо проговорил Нахт. – Мне очень жаль.

Шепсет чуть улыбнулась, поглаживая собаку.

— Да и откуда тебе было знать, если я сама предпочла забыть. Такой вот ты меня и нашел – тенью, боящейся звука собственных шагов. Спасибо, что не оставил меня там.

Нахт смущенно пожал плечами – иначе он все равно не смог бы. Ну не бросать же ее, если уже защитил.

«Ты не знаешь,ктоона… Не знаешь,чтоона совершила, глупый ты мальчишка…» –вспомнились слова жреца. Теперь, когда меджай знал куда больше, чем тогда, он понимал: бальзамировщики действительно считали ее убийцей. Или все-таки были заодно с заговорщиками, о которых рассказала Шепсет?