Книга Рубль-пять, страница 66 – Алёна Берндт

Подув на окоченевшие свои руки, Натка решительно нахмурилась, натянула снова свои пуховые варежки и ухватила лежавшего человека за подмышки. То за ворот, то за рукав, кое-как она тащила и тащила его по тропке к своей калитке, обливаясь потом и натужно пыхтя.

Хорошо, что хоть тащить-то было недалеко, потому что человек оказался довольно крепок сложением, а может просто Натка была не так сильна, как рассчитывала изначально. Однако упорства ей было не занимать, и все усилия ее наконец увенчались успехом.

Усталая и раскрасневшаяся Натка, в сбившейся на бок шапке, без варежек и с выбившимися из-под шапки прядками волос из последних сил втащила человека во двор. Незнакомец коротко вздохнул, что-то пробормотал и приоткрыл глаза, в которых промелькнуло непонимание и удивление от происходящего, он попытался подняться на ноги, но тут же Натка уловила, как «поплыл» мир в глазах незнакомца, и он снова неуклюже повалился на снег возле крыльца.

Тяжко и испуганно вздохнув, Натка отперла дверь в сени, из последних сил втащила туда незнакомца и вошла в дом, где ждал ее Алешка.

— Сынок, привет! – Натка скинула с головы шапку и устало глянула на выскочившего ей навстречу Алешку. – Слушай, тут вот человеку стало плохо возле нашего дома… Не знаю, что с ним! Оденься, пожалуйста, и добеги до двенадцатого дома, там у Ведерниковых телефон. Скажи, пусть позвонят в скорую.

— Хорошо, мамочка! А что с ним? Он умирает? – Алешка, вытянув шею пытался рассмотреть лежавшего на полу человека, одновременно натягивая на себя теплые штаны.

— Надеюсь, что не умирает! – Натка и сама была испугана, но пыталась не показать этого сыну. – Поспеши, сынок, кто знает, что с ним. Может, каждая минута дорога!

Натка подумала, что она, возможно, была недостаточно осторожна, когда тащила человека по снегу… Может быть, она вообще зря сдвинула его с места! Но теперь думать об этом было поздно, Алешка убежал к соседям, у которых был телефон, а сама Натка, на ходу скинув пальто, склонилась над незнакомцем.

Расстегнув его куртку, она послушала дыхание, которое было вроде бы ровным… Лицо человека было бледным, даже отдавало какой-то синевой. Натка подложила ему под голову свернутое покрывало, он вздохнул чуть глубже и ресницы его дрогнули.

— Мам, все, тетя Шура позвонила, скорая приедет, – вернулся с улицы румяный и запыхавшийся Алешка.

— Хорошо, сынок, спасибо тебе! – Натка кивнула сыну и снова занялась незнакомцем.

Затащить его на диван она при всем желании бы не смогла, поэтому просто осторожно подсунула второе покрывало ему под спину и втянула мужчину из холодных сеней в дом.

К приезду скорой мужчина, лежавший на полу в расстегнутой куртке и ослабленном вороте рубашки, уже пришел в себя. Однако все еще не понимал, где находится и что вообще произошло. Он пытался сфокусировать рассеянный взгляд на взволнованной и слегка растрепанной Натке, хлопочущей возле него, но, по всей видимости, картинка «уплывала» от него, и он прикрывал глаза.

Строгий фельдшер, приехавший на скорой, торопливой походкой вошел в сени, отряхивая с куртки снег:

— Ну, что у вас приключилось? – спросил он и внимательно глянул на лежащего на полу человека.

— Не знаю, доктор, я его с улицы сюда затащила, – ответила Натка, прижав руки к груди и сильно волнуясь. – Он шел впереди меня и упал прямо в сугроб, я не знала, что делать! Может быть, навредила этим только, не знаю.