Книга Тайна Лучкиных болот, страница 6 – Алёна Берндт

Негромкий их разговор был слышен сквозь растворенное, только вот ни сам деде Антип, ни тихо всхлипывающая Агриппина не подозревали, что нашёлся на пустынной улице Бобровки человек, которому позарез хотелось услышать их разговор…

Не видели они, как скользнула во двор тоненькая тень, ласково потрепала Дымку меж ушей и притаилась под окном, жадно ловя каждое слово.

Глаша спешила поскорее переделать все дела, что матушка задала ей с утра, перед тем как вместе с отцом и братьями уехать на скошенные лужки вязать сено. Она с волнением смотрела вслед родным, но повод для переживаний у неё был… свой, их не касаемый. Они с Ваней уговорились встретиться, когда тот станет возвращаться со Смолкина выселка. Там, где у весёлой осиновой рощицы стояла старая, потёртая поводьями коновязь, а в овраге, в зарослях травы в рост человека, прятался звонкий родник. Обычно Глаша шла туда едва приметной тропой по-за дворами, и уже издали слышала, как перебирает копытами резвый Гром, значит, ждёт её Ванечка….

Легкие шаги её были не слышны по мягкой тропке, или просто Глаша так спешила на встречу с любимым, она словно парила над землёй. Птичий щебет сопровождал девушку, но к радостной и солнечной нотке примешивалось откуда-то из чащи воронье карканье, от этого беспокойно стучало сердечко.

Не обманули предчувствия, ещё издали приметила Глаша, что нет у старой коновязи Грома, не похлопывает Ваня своего верного друга по крепкому крупу … Теплилась в душе надежда, что спустился Ваня к роднику, Грома напоить, но покой и тишина вокруг говорили другое – не приехал Ваня сегодня на встречу с любимой. Глаша всё же спустилась в овраг, держась за ветки ракитника, но у родника никого не было, только звонко журчала вода, вытекая из маленького бревенчатого иструба и отправляясь дальше, по дну оврага к берегу Койвы, чтобы пополнить реку своей прохладной чистой струёй.

Глаша присела на большой камень у иструба, истёртый путниками, многие год присаживающимися передохнуть у родника, и стала прислушиваться, не донесётся ли издали торопливая поступь опоздавшего всадника… Но только неприятный, резкий и сулящий недобрые вести голос лесного ворона всё громче разносился по оврагу.

Глаша не стала дольше ждать, и совсем скоро быстрая и лёгкая её поступь поднимала пыль у околицы Бобровки. Добежав до избы Кочергиных, она хотела было войти в калитку, но услышала низкий басовитый голос деда Антипа… он говорит по Ваню. Едва расслышав первые слова, Глаша задохнулась от накатившего ужаса! Ваня пропал! Пропал не где-нибудь, он пропал на Лушкином болоте…

Каких только слухов не ходило по округе про Лушкину топь, людская молва горазда была на выдумки. Поговаривали, что Лушкиной эту топь, простирающуюся далеко на северо-восток от Бобровки, прозвали так потому, что когда-то давно в незапамятные уже времена, в тоске по любимому забрела туда девушка, Луша, и погибла там.

А ещё говорили, что не так всё было. Был якобы у Луши жених, да только перед самой свадьбой узнала Лукерья, что жених её любит другую! В отчаянии она бросилась топиться, но Болотный Дед её не принял. Тогда Лукерья попросила его погубить разлучницу, а взамен обещала исполнить любую Дедову волю. Тот согласился и погубил новую его зазнобу – когда та девушка шла по лесной тропе, сизый прозрачный Мо́рок увёл её на топь и утопил. Но только парень, жених Лукерьи, девушку эту сильно любил и пошёл её искать, так и пропали они оба на болоте, не вернулись в деревню. Ещё не один сказ был про это, да поди ж знай, который из того – правдив.