Книга Сними очки, ботаничка, страница 103 – Анастасия Боровик

— …Он знает… и сказал избавиться от ребенка, — продолжает мама, добивая меня.

— Я надеюсь, ты понимаешь, что мы его пошлем в... Я замолкаю на секунду, в голове молниеносно прокручивая варианты, и нахожу идеальный. — В высокотемпературный реактор для пиролиза диэтилового эфира. Без погружной кварцевой колбы! — выдыхаю я, представляя, как этот неприятный тип испаряется в никуда.

Мама слабо улыбается.

— Ты в своем репертуаре. Я сказала ему, что избавляюсь от ребенка.

— Нет! Ты не можешь! Так нельзя! — взбешиваюсь я.

— Мирослава…

— Нет, ты в ответе за ребенка! Вы его создали, и нельзя от него отказываться! Ты сама говорила мне, что любая жизнь, которая пришла в этот мир, имеет право жить. Просто жить… Смотрю на маму внимательно, не веря, что она может так поступить, и ужасаясь от того, что я ничего не могу с этим поделать.

— Роди и отдай мне, я выращу, — чуть не умоляю я. — Я смогу.

— Мира… Мама перехватывает мою руку и усаживает рядом. — Я не собираюсь избавляться от ребенка. Я так сказала ему, чтобы он не думал потом, что это его. Хотя, вполне возможно, догадается, но пусть живет с мыслью, что его нет.

— Значит, ты скоро родишь? — кладу я руку ей на еще плоский живот.

— Ну, не совсем скоро, в конце мая. И я совсем не знаю, как мы справимся. Я снова мать-одиночка, — грустно вздыхает мама.

— А я теперь связана с Фоминым навсегда, — с тяжелым смехом произношу я. — Но мы справимся, — крепко обнимаю ее.

Я совсем не знаю, стоит ли мне ему об этом говорить, Мите? Понимая, что есть риск в лице его отца. Да и потом непонятно, как он повел себя с Катей, может, на самом деле он такой же. Да и маму подставлять не хочется. Поэтому пока решаю, что пусть всё идет своим чередом. Но одному человеку я хотела бы рассказать, зная, что он точно умеет хранить секреты.

— Мама, ты стоишь на учете у врача? Нужен медосмотр и хороший врач!

— Ты хотела идти на врача, можешь быть гинекологом, — говорит мама, пытаясь шутить.

— Нет, я собираюсь пойти на химика. Пока не решила, химик-ядерщик, химик-исследователь или химик-технолог.

— О, это больше от тебя ожидаемо, — улыбается она.

— Но тебе повезло! Витя будет гинекологом! — радостно произношу я.

— И ты как, нормально к этому относишься?

— То есть?

— Ну, там женщины, столько женщин…

— Это профессия, и важная, причем! Ты вот актриса, у тебя вообще каждый день поцелуи могут быть с разными мужчинами... А он врач будет. Но ему нужно побороть травму, так что ты ему отлично поможешь.

— Какую травму?..

В квартире раздается звонок в дверь.

— А вот и Витюша! Мы, конечно, собирались читать, но это намного важнее… Прошу, только не удивляйся его реакции.

— Мира, я не хотела никому рассказывать… — доносится голос мамы из отдаления, но я уже бегу открывать дверь.

Клюев вносит в квартиру ноябрьскую свежесть. Щеки у него красные от холода. Его короткие тёмные волосы слегка растрёпаны ветром, а голубые глаза загораются, когда я крепко его обнимаю и целую в прохладные губы.

— Я с булочками, — показывает он мне пакет. — Может, будем пить чай вместо Гауфа? — с надеждой спрашивает он.

— Вант-Гоффа, правильно. Хорошо, займемся другим, — подтверждаю я.

— Подожди, — он убирает пакет назад. — Вот сейчас мне стало немного страшно. Что ты задумала? Давай лучше почитаем что-нибудь про этого Вонта Гауфа.