Книга (не) Моя доярушка, страница 68 – Анастасия Боровик

Не думала, что встречу его вот так — неожиданно, на улице, с тетрадями в руках и дрожащими коленями. А теперь не могу прийти в себя.

Девчонки срываются в соседний магазин за настойкой. Я опускаюсь на ближайшую лавку, дрожащими пальцами ковыряюсь в кармане. Хочу посмотреть подарок. Мысли путаются: значит, я его тогда действительно видела? Это не галлюцинация? Он... вспомнил про мой день рождения? Подошёл...

Что же он мне сунул в карман?

Извлекаю маленький оранжевый брелок. Присматриваюсь — долька апельсина.

Марко... Ну ты и...

Моё лицо заливает краска, а внутри всё сжимается, грудь предательски твердеет, как и всё тело. Ну и как я теперь буду находиться рядом с ним эти пару часов?! Он специально так поступил, хотел мне напомнить, и у него это прекрасно получилось.

Потому что эта дурацкая долька. Складки, изгиб, мягкая выемка, углубление… Слишком напоминает...

Закрываю глаза и проваливаюсь в запретную зону. Туда, куда запретила себе заглядывать, думать и желать. Его руки, гладящие меня нежно, сжимающие и исследующие каждый изгиб моего тела. Неторопливые поцелуи, касания горячего языка, его напор. Наши стоны, прерывистое дыхание, слившееся в один ритм.

Как же я хочу провести пальцами по его широким плечам, вцепиться в эти короткие, упрямые кудри. Любопытство накрывает меня, он стал намного больше, сильнее, хочется раздеть, ощутить каждую мышцу, провести ладонью по загорелой коже, почувствовать его твердость.

Вою вслух, открываю глаза и вижу, как от меня шарахается какая-то престарелая преподавательница.

— Извините, — бормочу, сжимая в кулаке брелок.

Ненавижу.

Ненавижу тебя, Марко.

За свою реакцию.

За то, что разбил все мои мечты.

За то, что продолжает напоминать о том, чего я сама себя лишила.

Глубоко вдыхаю.

— Ты мне сегодня за это ответишь. Будешь гореть так же, как и я.

Марко

Мы с Сережей шли по бесконечному коридору общаги. Стены, выкрашенные когда-то в блекло-зеленый, теперь покрылись трещинами. По лестнице вверх и вниз ходили студенты, кто-то смеялся, кто-то спорил, было достаточно оживленно.

Девчонки, завидев нас, кокетливо здоровались. Серёжа проходил мимо с недовольным лицом, игнорируя всех вокруг.

— Хватит уже, ты своим кислым лицом всю движуху хоронишь, — толкнул его в плечо.

Он резко остановился, и я едва не врезался в него.

— Я от тебя не ожидал, — сквозь зубы выдавил Сережа. — Над девочкой издеваться — это твой уровень теперь? Зачем мы вообще сюда приперлись?

— Нас позвали на днюху, — усмехнулся я, игнорируя его взгляд.

— Марко. Обязательно конверт с деньгами дарить? Может, просто подарок?

— Нет. Для студента нет подарка лучше, чем наличка. И даришь только ты, я тут ни при чем.

— Ага, понятно. Робин Гуд студенческий, — буркнул он.

Мы поднялись на этаж. У двери в комнату общаги стоял Владимир. На нём была надета белая футболка с изображением Микки Мауса, а также голубые джинсы, словно только что из магазина. Он приветственно махнул нам рукой, явно довольный собой.

Сережа бросил на меня предупредительный взгляд. Похоже, он пришел только чтобы держать меня в узде. Я зло толкнул его снова — мол, расслабься, всё под контролем.

— Пацаны, сразу предупреждаю, — Володя широко ухмыльнулся, — Машка — моя. Даже не смотрите в ее сторону. Я за ней столько бегаю, хоть у нее и парень есть. Но, как говорится, не стена — подвинется.