Книга (не) Моя доярушка, страница 71 – Анастасия Боровик

В ее глазах — не просто обида. Ненависть.

Что ж... Пусть так и будет.

Захожу в комнату — Сережи нет. Только Инна с Володей в углу, слились в поцелуе. Прикрываю дверь и натыкаюсь на идущего навстречу друга с моей курткой в руках.

— Пойдем домой, — бросаю через плечо.

— Наконец-то. А что за вид опять стрёмный? Марко, что случилось? — спрашивает он, поправляя рукав.

— Ничего, — отвечаю сквозь зубы.

— Кстати, у Маши нет парня, — говорит он будничным тоном, засовывая руки в карманы. — Это она Володе сказала, чтоб он от нее отстал. Аринка рассказала.

Замираю. Все внутри переворачивается. Опять этот бешеный прилив ярости. Почему я снова чувствую, что главный злодей в этой истории я? Ну и ладно. Так даже лучше. Зато теперь вычеркнули друг друга из жизни — чисто, окончательно, без шансов на возврат.

3 дня до Нового года

Машенька

Дед вошел в дом и швырнул охапку дров на пол. Я принялась запихивать их в печку, откинув железный затвор. Языки пламени вырвались наружу, и на мгновение в избе стало так жарко, что я сбросила платок.

— Гренки бы с хлебом да сахарком… — задумчиво произнес дедуля, усаживаясь за стол.

— Тебе сделать?

— Да хлеба-то нет, — вздохнул он.

— Дед, ты опять? — прищурилась.

— Ну я что, виноват, что он на меня своими раскосыми глазами пялится? Вот его и спрашивай!

Я обернулась и увидела козла. Тот, как кошка, растянулся в проходе и уставился на меня с немым укором.

— Что он опять тут делает?! — заворчала я. — У нас что, проходной двор? Ну-ка марш отсюда! — крикнула я козлу, хлопая в ладоши. — Твоя коза тебя в хлеву ждет, а ты тут с дедом шляешься.

Я распахнула дверь и вытолкала его во двор.

— Дед, еще раз козла в дом затащишь — будешь с ним в хлеву ночевать, — пригрозила я.

— Да он от своей козы устал, все нервы ему потрепала, — оправдывался старичок, наглаживая свои усы и смотря на меня виновато.

Я посмотрела сначала на него, потом на полку, где стояла бутылка, прикидывая, насколько он успел «проверить» ее содержимое.

— Да не пью я уже, — пробормотал он. — Не хочу тебя одну оставлять… За хлебом-то сходишь?

— Схожу, — смягчилась я и пошла одеваться.

Снега почти не было — лишь кое-где белели жалкие островки. А так хотелось настоящего новогоднего настроения… Чтобы всё вокруг замело, и сугробы такие большие, что только прыгать в них да снежные дома строить. Оставить всё плохое в прошлом.

Раскачивая пакетом, я напевала песенку про снег, проходя мимо красного кирпичного дома. Не удержалась — загляделась в окошки, но света внутри не было. Нет, он точно не приедет. После моего дня рождения мы с Марко сохраняли молчаливый нейтралитет. Я по-прежнему натыкалась на него в институте, но он больше не смотрел в мою сторону. Инка теперь встречалась с Володькой, и я была рада, что он отстал от меня. Да и девчонки перестали лезть ко мне с советами и попытками «познакомить с хорошим парнем». Они были так впечатлены Марко и Серёжей, что решили, что я и сама справлюсь.

Вдали показалась фигура, которая шла мне навстречу. Я присмотрелась и не смогла сдержать удивления. Это была Алина, та самая девушка, которая в нашу последнюю встречу внезапно покинула костёр, и мы больше не виделись. Она шла мне навстречу и уже махала рукой. Она изменилась. Поправилась, щеки стали круглыми, на морозе порозовели. Из-под пушистого серого платка выбивались длинные волосы. Узнать можно, но совсем не та Алина, что я помнила. Если она здесь, значит… Наверное, теперь она с Марко, промелькнула у меня в голове неприятная мысль. Да и выглядит прям в его вкусе.