Книга Ты – мое наказание, страница 73 – Наталья Юнина

Из плюсов – на ее руке красуется обручальное кольцо. А дальше только минусы. Куда он там ее поцеловал, я не заметила. То ли в щеку, то ли чуть ниже. К моему сожалению, она… красивая. И она моя противоположность. Женственная, ухоженная и какая-то… офигенная.

— Это Саша. Мы вместе учились. Это Настя, – просто Настя? Вот же сукин сын.

— Без пяти минут жена, – зачем-то добавляю я. Это, блин, унизительно.

— Почему ты ничего не говорил? – а ты кто такая, чтобы тебе это говорить? – Наконец-то. Поздравляю тебя.

Теперь я четко понимаю, как выглядят влюбленные люди и почему их часто называют дураками. Да тут не надо обладать экстрасенсорными способностями, чтобы понимать: он смотрит на нее влюбленными глазами. Передо мной абсолютно другой человек.

И тут до меня доходит. Он не шутил, когда говорил про несчастную любовь. Что он там сказал: «Она выбрала не меня, а моего одногруппника». И забыть он ее не может потому что, по его же словам, она маячит перед его глазами. А вот и муж, судя по тому, как он ее приобнимает.

— Мой партнер по бизнесу Олег и по совместительству муж Саши.

Саша, Саша, Саша, да чтоб тебя! Что может быть прекраснее, чем влюбиться в мужчину, который любит другую?

Глава 26

Первая пришедшая на ум мысль – эта сволочь привез меня сюда специально, чтобы видеть свою ненаглядную Сашеньку. Но, к моему облегчению, в процессе разговора с парочкой, эта мысль отпадает, учитывая, что они приехали сюда спонтанно. Вторая мысль, не дающая мне покоя – Саша дура, ибо выбрала из двух мужчин какого-то плешивого Олега.

Если поставить их рядом, то выбор для любой адекватной женщины будет очевиден. Даровский высокий, хорошо сложен, без лысеющего затылка. Бонусом идет еще и весьма привлекательная морда с красивыми голубыми глазами. А этот его полная противоположность. Он даже ниже жены. Ну, правда, на последней имеются туфли на высоком каблуке. Он весь какой-то…никакой. Еще и одет как я. Серая масса.

Хотя я была красиво одета в белой куртке! А эта в белом платье, и ничего. Она, в отличие от меня, не получает «комплементы» про непрактичность и отсутствие вкуса. Если бы не знала, что они одногодки, никогда бы в жизни не дала ей тридцать восемь.

Господи, а какие у нее красивые руки. И ногти. Это не наращенные длиннющие когти, а совершенно точно свои. Чистые ноготочки, покрытые нежно-розовым, едва заметным лаком с каким-то красивым рисунком на безымянных пальцах. Или на ногтях безымянных пальцев? Сволочь. Ненавижу. Мне еще и в мыслях из-за него подбирать правильные слова?

— Олеж, пойдем потанцуем. Песня шикарная, – блин, только сейчас понимаю, что у нее еще и голос приятный. Вся она такая… идеальная. Бесит и без, пускающего на нее слюни, Вадима.

— Зай, я жду важного звонка. Давай попозже, – Зая… да уж. Какой контраст. Бородатый даже своей, точнее не своей, Сашеньке такого не скажет. Наверное. А ведь я его не знаю, черт возьми. – Потанцуй с Вадимом, если его невеста не против, – да чтоб тебя, плешивый! Конечно, против.

— Не против.

Ну что ж, можно собой гордиться. Это произнесено вполне спокойно и равнодушно. Подумаешь, сжала руки в кулак.

Оставаться с незнакомым мужиком наедине – странно. Но особенно странно ощущать на себе его взгляд. Когда он уже свалит? Словно почувствовав, что мне неловко, он пододвигает мне бокал с шампанским. Выпиваю все залпом. И как только мой бокал пустеет, он зачем-то пододвигает свой нетронутый. Да и к черту. Хочу и пью. Указывать мне еще кто-то будет, что делать. Снова отпиваю шампанское. На вкус несладкая гадость.