Книга ( Бес ) Предел, страница 67 – Наталья Юнина

— Мне мало, Олеся, — хриплым голосом выдаю я, садясь на массажный стол. — Хочу еще.

— Руки, — уверенно выдает Олеся.

— Мне исцеловать твои руки, чтобы ты продолжила дальше?

— Нет, конечно, мне не нравятся тонкие губы.

— А у меня они тонкие, да? — усмехаюсь я.

— Ужасно тонкие, прям порой не вижу их очертания.

— Но ради тебя я их красить не буду, чтобы увеличить объем.

— Да я и не просила. Руку, — вновь повторяет она, протягивая мне свою ладонь.

— То есть ты мне будешь целовать руку?

— Мда… видать после массажа чей-то мозг отдыхает. Я говорю дай сюда руку, — сама берет мою ладонь и начинает массировать пальцы. — Я же обещала массаж рук.

— Да, точно. Свои обещания надо выполнять. Умница какая.

— Нравится?

— Очень. Почему ты всегда ходишь в черном? — вдруг выдаю я. Хотя этот вопрос меня действительно интересует.

— Потому что люблю это цвет, — не задумываясь отвечает Олеся, продолжая массировать мои пальцы.

— А мне не нравится. В гардеробе у молодой девушки должны быть другие оттенки, как и каблуки. Я не видел тебя на каблуках. Почему?

— Какие-то странные вопросы. Когда надо-хожу на каблуках, можно подумать, что мы видимся часто, чтобы знать весь мой гардероб и обувь. Можно я возьму выходной в конце недели?

— Бери. А зачем?

— Хочу съездить к маме, пять дней назад она родила мне сестру, — выдает с улыбкой Олеся. — А я вот только сегодня это узнала, и если бы она мне не позвонила, так и осталась бы не в курсе. В общем, мне надо, я в этот же день и вернусь.

— Сколько лет твоей матери?

— Тридцать восемь. Только не надо говорить, что это поздно.

— Я и не говорил. И что, родила она снова от того алкаша? Только не говори, что он не бухарик, мне твоя подружка сказала.

— Он не пьет уже год. Думаю, хватит с массажем, — резко отпускает мою руку и отходит в сторону бассейна.

— Бывших алкоголиков не бывает, — слезаю со стола и подхожу к Олесе. — Кстати, твоя мать с какой целью тебе позвонила? Чтобы типа поделиться радостью или высосать у дочери хоть сколько-нибудь бабла, потому что узнала о твоем изменившемся с некоторых пор положении?

— Хватит! — резко выдает Олеся, поворачиваясь ко мне. — Вот когда у вас будут свои дети, тогда и посмотрим с кем и как вы будет делиться радостью. Хотя какие вам дети? — с усмешкой выдает она. — Вы же слова им хорошего не скажете и вырастут таки….

Договорить я ей не даю. Толкаю маленькую стерву в бассейн, совершенно не задумываясь о последствиях.

— Зачем ты это сделал?! — резко переходит на ты, сплевывая воду.

— Мне показалось у тебя… футболка горит.

— Футболка?

— Ага. Дымок с твоей благовонии перешел на тебя и пока ты стояла и рассуждала о детях, там разродился пожар.

— Что за чушь?!

— Обычная среднестатистическая. Мне просто захотелось сбросить тебя в воду.

— Зачем?!

— Просто захотелось… люблю, когда люди… барахтаются.

— Ненормальный! — ударяет со всей силы рукой по воде.

— Что есть, то есть. Спокойной ночи.

Это все пройдет. Обязательно пройдет. Может чуть позже, но пройдет… пройдет… пройдет… пройдет. Шепчу и киваю головой, а самой хочется со все силы разбить себе эту самую голову об чертово зеркало. Нет, утро должно начинаться с хороших мыслей. Глубокий вдох и выдох, вдох и выдох. Фиксирую взгляд в зеркале и уже спокойно начинаю шептать каждодневный ритуал: