Книга ( Бес ) Предел, страница 65 – Наталья Юнина

Глядя на Олесю, у меня было стойкое ощущение, что она совершенно точно откажется от массажа и пошлет меня на три буквы, но нет, более ничего не сказав, она поспешила удалиться из кабинета, прикрыв за собой дверь.

* * *

Я просидел около бассейна полчаса. Полчаса! За это время можно было переодеться сотни раз. Маленькая коза меня тупо кинула, другого объяснения я не могу найти. Ну не заблудилась же она, в конце концов. Да и по хрен, сдался мне этот массаж. Это даже знак свыше-не фиг играть в такие игры. Кого я обманываю, ведь это реально может закончиться весьма прозаично. Придурок!

В считанные секунды скинул с себя одежду и нырнул в бассейн. Сколько я плавал-не знаю, но то, что от некогда любимого занятия у меня начало сводить плечи, говорит только о том, что я перестарался. Правда вместо того, чтобы вылезти из воды, я делаю совершенно противоположное-задерживаю дыхание и окунаюсь с головой в воду. Странное дело, последний раз я так делал, когда хотелось остаться под водой и сдохнуть. Сейчас же мне этого совершенно не хочется, тогда какого хрена я творю? Выныриваю обратно, жадно глотаю воздух и хватаюсь руками за бортик бассейна. И все-таки надо со всем этим заканчивать, птенец оперился-под жопу ногой и в свободное плаванье, ну как в свободное, просто подальше от меня.

Медленно подплыл к лестнице и стоило мне только коснуться ногой ступеньки, как в ушах зазвенел Олесин голос.

— Я дико извиняюсь, что так поздно пришла, мне позвонила мама! — тяжело дыша, восторженно произносит Олеся. — Впервые за столько времени сама взяла и позвонила! Я не могла не поговорить с ней, — новость-то какая, Господи, я сейчас расплачусь от радости, особенно-то с голой жопой. Вот вообще вовремя приперлась! А в принципе, я что должен член рукой прикрывать? А вот хрен тебе, Олеся. Нет, это как-то неоднозначно звучит даже в моей больной башке. — Вы обиделись, да? То есть ты.

— С чего бы мне обижаться. Мама-дело святое. Подай мне, пожалуйста, полотенце, опоздушечка, оно вот на той дальней полочке.

— Мне не нравится это слово.

— Опоздунья, так лучше?

— Мне никак не нравится! Просто Олеся.

— Просто Олеся-куролеся, дай полотенце, в твоих же интересах это сделать самой.

— Нет. Мне надоело слушать в свой адрес гадости!

— Ну ладно. Сама напросилась.

Не помню, чтобы я когда-нибудь страдал стеснительностью, вот и сейчас, поднимаясь по лестнице, я не сильно переживаю от того, что Олеся увидит меня голым. Не стояк же, в конце концов, сама захотела, вот и получай. Впервые в жизни я пожалел, что здесь нет камер, потом бы я, наверное, сотни раз пересматривал видео, где у Олеси округляются глаза, ну открытый рот-само собой, дело уже привычное. Самое удивительное, что она не старается отвернуться или хотя бы отвести взгляд. Весь мой путь до полотенца она так и пялилась на мое хозяйство, не издав ни единого звука.

— По идее, в отместку за обсуждение твоей плоской груди и задницы, ты должна сейчас сказать что-то типа «фи, какой он маленький, дайте мне лупу», или «Боже, ну и где у вас жопонька?».

— Нннормально там все, — заикаясь произносит Олеся, впервые за последнюю минуту отводя взгляд на свои ладони с какой-то коробочкой в руках.

— Да? Смотри-ка, значит ты только что призналась, что смотрела, — оборачивая полотенце вокруг бедер, констатирую я. — Я тебя сейчас уделал, один-ноль в мою пользу.