Книга Танк Таранович, или Влюблен на всю голову, страница 97 – Наталья Юнина

Спускаюсь на цокольный этаж как можно тише и застываю, увидев сосредоточенного и нахмуренного Петю за столиком. Он настолько погружен в собирание пазла, что даже не обращает внимания на мои уже заметные шаги. Отпивает что-то из моей кружки и только поставив ее на стол, случайно замечает мои ноги. Ну или туфли, поди его разбери. И такой у него взгляд становится, что просто невозможно на него злиться за детские эгоистичные замашки, играющие в одном месте.

— Мне с самого начала не хотелось на корпоратив, но так принято, не нужно выделяться.

— И вот ты здесь. А что так?

— Захотелось домой. И вот тебе красные туфли, доволен?

— Ну не так, чтобы очень, — копирует некогда произнесенную и уже хорошо закрепленную за мной фразу на его «ты соскучилась?». — А Ивановна тебе не накостыляла за то, что каблуками топала по отполированному полу? — интересуется Соболев, не скрывая улыбки. Встает из-за стола и возвышается надо мной.

— А я ее уволила.

— Епона матрена, за что?

— За то, что мне не нравится посторонний человек в доме. Теперь с хозяйством, вместо собирания пазлов, будешь справляться в мое отсутствие ты, — вот на фига я сейчас его дразню?

— Что-нибудь еще? — иронично бросает Соболев.

— Ага. Больше не пей из моей кружки.

— Какой?

— Этой, — указываю взглядом.

— Ах, принцесса-ебанесса. Не могу, белочка, она мне нравится. Видимо, это потому что я ощущаю себя принцессой. Ну или был ею в прошлой жизни.

— Ну, надо, Петечка, надо. Она — моя.

— Да, надо, Васечка, надо, — соглашается Соболев, кивая в такт. А затем резко и очень неожиданно подхватывает меня на руки и уже через пару мгновений мы оказываемся в бассейне.

— Ну, блин, Петя, — откашливаюсь, пытаясь побороть непрошенный смех.

— Что, Вася?

— Нафига я надевала эти туфли сейчас? Ты вроде трахнуть меня хотел, а не утопить в них.

— Все, у меня уже нетрахательное настроение. Я тебе новые куплю, а потом в примерочной трахну, — ныряет в воду и стягивает с меня туфли.

— Ты меня потопить хочешь?

— В ближайшие лет пятьдесят точно нет. Иди сюда.

Обнимаю его за шею и обхватываю его торс ногами, хоть это и жуть как неудобно в таком платье.

— Я тебе соврала. Точнее не договорила. Я уволила Лизу не для того, чтобы только ты надраивал дом в мое отсутствие. Я решила перейти на полставки. В общем, скорее всего только по субботам и воскресеньям буду работать весь день.

— Ты серьезно?!

— Вполне. Увольняться полностью я не хочу. По субботам ты будешь вымывать дом в мое отсутствие, потому что движение — это жизнь, а в воскресенье будешь играть в игрушки. А в остальные дни прибирать буду я. И да, кружку я тебе не зажмотила, я просто новые купила, с похожими надписями как у меня. Ну типа на день рождения. Но дарить раньше времени нельзя.

— Ммм… и что там? Король-уеболь? Король-долбоель? Король для ебанессы?

— Дурак, — усмехаюсь ему в губы. — «Умный, красивый, в меру упитанный мужчина в расцвете сил», это кружка номер один. Вторая — «Ну разве я не клевый?» Третья — «Все будет хорошо. А если нет, то похуй». Эта мне больше всего нравится, возможно, я буду ее тырить.

— Неожиданно. Это все мои подарки или будет что-то еще?

— Железная дорога для малыша. В смысле детская, но для тебя. На пульте. Тебе сто процентов понравится.

— Это что за намеки такие? — наигранно удивляется Соболев.