Книга Тень и прилив, страница 128 – Рейчел Гринлоу

Потом я поднимаю взгляд и вижу его.

Вижу Эли.

Он улыбается, и у меня перехватывает дыхание – от вида его губ, его глаз, от всего. А потом мы падаем. Медленно, медленно опускаемся сквозь пласты теней. Моргаю – и мы уже в моей комнате в замке Эннор, а его рука все еще сжимает мою.

— Сон, – бормочу я.

— Сон, – соглашается он.

Я делаю шаг к нему, его руки ложатся на мою талию, и мы сливаемся. У его губ вкус соли и звезд, мои пальцы скользят по его груди, тянутся к волосам.

— Мира, – шепчет он. – Можно?..

Я знаю, о чем он спрашивает. Знаю, что это значит. И, словно мы все еще падаем, падаем сквозь звезды и бескрайнюю ночь, я обвиваю руками его шею, продлевая поцелуй. И знаю, что была не права, совсем не права, когда боялась. Я потеряла маму, отца и все воспоминания о нем. Но теперь я знаю. Лучше любить, доверять, открывать свое сердце, лучше рисковать потерять все, чем замкнуться, заледенеть и никогда не любить. И все из-за нашего общего сна. Сна о полете. Сна о надежде.

— Да, – говорю я от всей своей измученной души. – Тысячу раз – да.

Его руки перемещаются с моей талии на бедра, и он приподнимает меня, поддерживая, а я обвиваю его ногами, и мы целуемся. Жар разливается меж наших прижатых друг к другу тел. Он опускает меня на кровать, а я притягиваю его к себе.

На миг Эли замирает, глядя на меня, потом нежно убирает снова упавшие мне на лицо волосы.

— Ты прекрасна.

Внутри все переворачивается и пляшут жгучие искры. Я запускаю пальцы в его шевелюру. Потом целую его, целую сильнее, глубже, заставляя опуститься на меня, выгибаясь навстречу, а его рука скользит вверх, нежно поглаживая мои ребра. С этого момента пути назад нет. Только не после этого сна, нашего общего сна, только не после того, как я поняла, что все это время это был он, что я сжимала его руку. Он входил в мои сны, избавляя меня от ночных кошмаров. И он всегда был здесь, за морем. А теперь… теперь, сейчас, в этот миг, есть мы – вместе.

— Дай мне больше, – выдыхаю я.

Мы сплетаемся – руками, ногами, сердцами, мы – сон, в который я возвращаюсь ночь за ночью. Мы – две души, созданные из одного целого. Два существа, всю свою жизнь стремившиеся почувствовать себя полноценными. Мы нашли друг друга среди звезд, во мраке далекой ночи. Он – дом. Мой якорь, моя гавань, моя половинка. С ним я понимаю, что значит любить всей душой, всем телом.

— Мира, я должен сказать тебе кое-что, – нерешительно начинает он, когда мы отдаемся друг другу. – После рождения я был проклят. Проклят нелюбовью. Полюбить меня мог лишь тот, кто столь же чудовищен, как я. Кто-то, кто не совсем человек. Я думал, что всегда буду один. Но потом, в этом сне, я увидел тебя. Увидел твою руку в моей руке и понял, что ты существуешь. И я начал думать – осмелился надеяться, – что я проклят не навеки.

— Эли, – шепчу я, глядя на него, кладу ладони на его щеки и привлекаю его к себе для поцелуя.

Я целую его так, чтобы он почувствовал. Почувствовал то, что чувствую я. Это глубокое ощущение дома. Чтобы узнал, что он – тот самый, что наши души воссоединились. Потом отстраняюсь, глядя ему в глаза.

— Ты нашел меня. Ты не одинок.

Мы проводим эту ночь вместе. И когда в окно проникает утренний свет, он обнимает меня, и в этом теплом коконе, в клубке простыней, рук и ног, мы засыпаем. И видим во сне небо, полное звезд.