Книга Тень и прилив, страница 127 – Рейчел Гринлоу

…и выходим в сумеречный мир. Слева от нас – укрытый туманом клочок суши, очень похожий на облако. Справа – ничего, кроме открытого моря и неба. Песок на пляже мягкий, как пудра, и белый-белый. У меня даже перехватывает дыхание, когда я ступаю на него, и набираю в горсть крохотные искрящиеся песчинки, и пропускаю их между пальцами. Как же это похоже на Розвир. Небеса и море перед нами в огне. Горизонт залит золотым и алым. Это так прекрасно, так тихо и мирно, что я просто сижу, молча и неподвижно, впитывая величественную картину. Эли опускается на корточки рядом, глядя на мир вместе со мной.

На наш мир.

Я вздыхаю, когда солнце опускается ниже, окрашивая небеса в более глубокие оттенки багрянца. Смотрю на Эли, и внутри у меня все сжимается. Приятно. Он не отрывает пристального, спокойного взгляда от горизонта. После многих часов, проведенных на тренировочном дворе и в море, кожа его загорела и словно сияет. Как и я, он смыл все следы битвы и, как и я, облачился в белую рубашку и короткие бриджи. Босые ноги его погружены в мягкий песок, ветер ерошит волосы, и я ловлю его запах. Запах полуночи и цитруса. Вдыхаю его, поворачиваясь к нему, и он поворачивается ко мне. Глаза Эли темны и бездонны. В такие глаза можно упасть – и потеряться навеки.

— Недавно, когда мы тренировались, – начинаю я, – а потом перенеслись, мы шли сквозь звездный свет. Я посмотрела на твою руку в моей руке и вспомнила…

— Сон?

Я ахаю:

— Откуда ты знаешь?

Он усмехается и придвигается ближе. Его лицо, его губы – в считаных дюймах от моих.

— Потому что я тоже вижу этот сон, Мира. Уже много лет. Сперва я не знал, что это ты, что это твоя рука в моей руке. Но когда мы познакомились, когда я понял… – Он бережно берет мою руку, переворачивает ее так, чтобы стал виден знак сделки на запястье, наша нерушимая связь. – …я не смог тебя отпустить. Мне нужно было знать, значит ли это что-то и для тебя. Помогает ли это тебе чувствовать себя менее одинокой.

— Я… Эли…

Сердце бешено колотится в груди. Медленно поднимаю руку, касаюсь его щеки. Глаза его прожигают мои. Этот сон так долго был со мной. Он дарил мне надежду. Ощущение полета, невесомости, свободы… Он обещал нечто большее. Лучший мир.

— Я так долго искала тебя…

Губы его прижимаются к моим, и мир вокруг нас словно взрывается. Его прикосновения, его запах, его губы на моих губах, его пальцы, отводящие от моего лица пряди волос. Его поцелуи нежны, он словно постигает меня, исследует мой рот, подбородок, спускается к ямочке у основания шеи. Я со стоном запрокидываю голову, запускаю пальцы в его волосы, желая, чтобы он стал еще ближе. Желая его всего.

— Может, вернемся на Эннор? – шепчет он, целуя мое ухо, гладя его дыханием, заставляя бутон моего желания, моей страсти стремительно распускаться.

— В мою спальню, – отвечаю я.

Он тихо смеется, сжимает мою руку и поднимает меня. Другую руку я кладу ему на грудь и срываю еще один поцелуй.

Эли слегка отстраняется, смотрит на меня в сгущающемся мраке.

— Что происходит, когда море встречается с небом?

— Не знаю.

— Хочешь узнать?

Я крепко сжимаю его руку, и мы падаем в глубочайшую тень, где нет ничего, кроме звезд и ночи.

Совсем как в моем сне. Мы плывем в небесах, полных звезд, расплавленного золота, сверкающего в глубочайшей бархатной тьме. Я парю, пронзая мир, наполнявший мои сны, преследовавший меня ночью и днем, неизменно присутствуя на краю сознания. И теперь, теперь я опускаю глаза и вижу руку, его руку, руку Эли, сжимающую мою. Сердце неистово колотится, и жар, восхитительный жар разливается по всему телу.