Книга Тень и прилив, страница 32 – Рейчел Гринлоу

Когда чайник пустеет, а тарелки составлены стопочкой, готовые к возвращению на кухню, Танит с Каденом покидают нас. Я киваю им, каждому по очереди, размышляя, в какой степени могу на них положиться. Насколько они вложатся в то, что произойдет. И только когда Мирриам тоже уходит, по пути на миг опустив руку мне на плечо, я вновь смотрю на Элайджу. Единственного, кто действительно может решить судьбу Розвира, того, с кем я заключила сделку.

— Все прошло хорошо, – говорит он, откидываясь на подушки.

Я выдыхаю и провожу рукой по лицу.

— Правда?

— Они выслушали тебя и согласились с тобой.

— Я была честна.

Он кивает.

— Прости, что я не подоспел вовремя и не спас твой дом. Вещи твоей матери, твоего отца. Наверное, для тебя это большая потеря.

Я прикусываю губу, избегая его взгляда.

— Ты решил остаться и помочь. Это главное.

— Я помогу чем смогу, Мира.

Я смотрю на него – и вижу в глубине его мерцающих глаз правду. Это потрясает меня, затягивает в настоящее. Только теперь я понимаю, что все это время, с тех пор как проснулась от запаха гари, я пребывала в режиме выживания. И бросилась на помощь, только чтобы избавиться от всего этого ужаса, чтобы продолжать двигаться, продолжать бороться. Но мы заключили сделку, скрепили ее меткой, и он, конечно, напоминает мне об этом.

— Ты позволяешь им решать самим, не так ли? – замечаю я. – Своему экипажу, своему ближнему кругу. Ты не приказываешь, не принуждаешь их. Вы – команда.

Элайджа пожимает плечами.

— Все зависит от них, всегда. Верность работает в обе стороны. Если Каден не согласен со мной, мы обсуждаем вопрос или выносим его на тренировочную площадку. А если не согласна Танит, мне приходится искать ее в библиотеке и ждать, когда она будет готова поговорить. И Мирриам… – Он, усмехаясь, вновь пожимает плечами. – Она может сказать тебе, что я ее босс, ее капитан, или как там еще она решит меня обозвать, но правда в том, что Мирриам делает только то, что ей, черт возьми, заблагорассудится. Если она не хочет брать товар, то отказывается, и мне приходится умолять ее и улаживать дела, пока она не будет довольна. Мирриам – заноза в заднице, и это я ценю в ней превыше всего. Она умеет спрашивать. Она вызывает меня на откровенность. Бизнес работает как часы благодаря ее инстинктам. В тот момент, когда Мирриам начнет соглашаться со всем, что я говорю, я тут же пойму, что серьезно облажался и потерял ее доверие. Я готов отдать жизнь за любого из них. И они, в свою очередь, без вопросов встанут на защиту Эннора, если дойдет до этого.

Я сглатываю, потому что его глаза уже не тлеют – они горят. Он предан. Он безумно любит всех этих людей. Они его семья. Точно так же я люблю Агнес и Кая. Возможно, мы, в конце концов, не так уж и отличаемся друг от друга.

Я ерзаю на сиденье. На меня вдруг наваливается усталость. Нет, больше, чем усталость. Это пустота в моей душе растет, углубляется, словно жаждет поглотить побольше меня. Кусок за куском. Это она наполняет меня усталостью, от которой не избавиться.

— Если это все…

— Подожди.

Я уже привстала.

— Да?

— У нас нет никаких ограничений. Можешь ходить куда хочешь, делать что хочешь. Но, Мира… – Он на миг замолкает. – Я хочу, чтобы ты тренировалась. Если ты идешь против Реншоу, мне нужно, чтобы ты была готова. Сейчас ты мишень для дозора, и очень скоро наш друг капитан Легган отправит доклад правящему совету о том, что здесь произошло, – если уже не отправил. Спорю на что угодно – ты в этом докладе упомянута. И как только им станет известно твое имя…