Книга Компас и клинок, страница 124 – Рейчел Гринлоу

Элайджа хищно улыбается и опускает руки. Неслышной походкой он подбирается ко мне буквально вплотную. Я стараюсь сохранять невозмутимость, а он тем временем протягивает руку и заправляет за ухо выбившуюся прядь волос. А там, где кончиками пальцев он касается щеки, остается обжигающий след. Я стараюсь унять трепещущее сердце.

Он наклоняется так близко, что я ощущаю на шее его дыхание, отзывающееся по всему телу, и он ласково говорит:

— Все верно, я хочу тебя, Мира. Тебя вместе с картой. Оставайся со мной навсегда, и я ради тебя весь мир переверну.

Я дрожу, боюсь даже слово сказать. Внутри у меня все пылает, дыхание прерывается, а Элайджа тихонько смеется. Словно точно знает, какое произвел впечатление. Я вскидываю голову и, взглянув ему прямо в глаза, направляю взбушевавшееся пламя в другое русло. Уже подвластное мне.

— Хватит, – огрызаюсь я и отстраняюсь.

Он только больше расплывается в улыбке.

— Ты вся зарделась, Мира. Или мои условия тебе не по душе?

Я пожимаю плечами и делаю безучастный вид. Хотя сердце бешено стучит в ушах.

— Сделку предлагаю я. И на моих условиях. А ты предлагаешь ровно то, чего я хочу избежать, – отдать свою жизнь в обмен на жизнь близких. Я думала, ты говорил, что даже близко не сравнишься с Реншоу? Или мне все-таки вернуться к дозорным и сдаться им на милость прямо сейчас?

Элайджа опять молчит, и я опасаюсь, вдруг он сейчас растворится во тьме, обернувшись в бархатные складки теней. А я останусь в одиночестве, и судьба нашего острова снова ляжет на мои плечи.

— Я вызволю их обоих. Твоего отца и Брина. Они смогут спокойно вернуться на остров, домой, и дальше жить своей жизнью. Но ты останешься при мне.

Я закусываю губу, и перед глазами проносятся образы отца. Вот он уже дома. В домике для собраний. На праздничном застолье. Улыбается. Смеется на пару с товарищами, обсуждает планы на будущее. Если Элайджа может воплотить это в жизнь… Если есть даже малейший шанс…

Соблазн велик. Слишком велик.

— Ты слишком много просишь. Навсегда… такого я предложить не могу.

Элайджа отступает назад, и сапоги его скользят по гальке. Сердце колотится, но я стараюсь сохранять спокойствие и внешнюю сдержанность. Я бы все отдала, поручись он за их свободу и безопасность. Что угодно. Неважно, что он потребует. Попроси он хоть весь мир преподнести ему на блюдце с голубой каемочкой, я бы согласилась. И если он действительно потребует сдаться ему вместе с картой, навсегда остаться при нем, в вечном его распоряжении, то мне останется лишь согласиться.

Но это сделка на моих условиях. Надо хотя бы попытаться отстоять свои интересы.

— Не навсегда, Элайджа, – повторяю я и дерзко вскидываю подбородок. – Ты получишь то, чего хочешь. Но провести всю жизнь вдали от дома я не намерена.

Он раздумывает, вглядываясь в мое лицо.

— Об условиях мы договоримся. Но я хочу, чтобы ты сегодня же согласилась на сделку, а закрепим ее чернилами и кровью. Нерушимой клятвой.

— Прямо как проклятие.

— Скорее как обещание.

Я вздыхаю и смотрю на лунную дорожку на волнах. Другого выбора нет. Я и так это знала, еще когда кричала в коконе морской пучины.

— Хорошо. Озвучь свои условия, отчетливо и внятно. Хватит в игры играть. Я знаю, чего хочу я, так что выкладывай карты, Элайджа. Все как есть.