Книга Русские поэты. Предсказанный уход, страница 53 – Олег Шаповалов

Зачем же Сологуб в тексте «Канвы» зафиксировал то, чего не было? Быть может, в качестве «либретто» будущего романа о «поротом поколении»? Кто знает.

В остальном заметки Сологуба сомнений не вызывают. Самое поразительное, что Федор продолжал получать «физические замечания» розгами, уже будучи 19-летним, работая учителем математики в Новгородской губернии! От души секли и в училище, куда его направят на работу, и дома наказывала розгами неотступно следовавшая за ним мать. Сечь взрослого человека, учителя?! Было ли это законным? Правильнее сказать, что это было самым обычным делом, мало кого тогда удивлявшим.

Телесные наказания в России имеют историю древнюю, жестокую, нередко кровавую – тянется она с допетровских времен через все века.

Крепостные крестьяне постоянно подвергались истязаниям. Ужасные страницы связаны с именем богатой московской помещицы (имения в Московской, Вологодской и Костромской губерниях) Дарьи Салтыковой (Салтычихи), которая вошла в историю как изощренный садист и серийная убийца.

На ней кровь более сотни холопов и холопок (девушек и женщин садистка умерщвляла с особым удовольствием). Расправы Салтычихи получили такой резонанс, что Екатерина II была вынуждена отдать помещицу, столбовую дворянку под суд. Приговор, который императрица сама несколько раз переписывала, определил ей пожизненно пребывать в подземной тюрьме без света.

При Николае I солдат в армии за любые провинности прогоняли сквозь строй и били шпицрутенами (толстые ивовые прутья или металлические шомпола). 500 ударов редко кто выдерживал – служивые умирали или становились калеками.

Школяров и бурсаков секли нещадно, количество назначенных ударов часто зависело от сословного состояния. Отпрысков дворянского звания, как правило, не секли, если только об этом не просили сами родители.

В XIX веке телесные наказания то узаконивались, то отменялись. Полегче стало в эпоху реформ Александра II Освободителя, отменившего в 1861 году крепостное право. Помещики уже не могли по собственному произволу бить батогами, бичевать вольных (формально) хлебопашцев.

В 1863 году император полностью отменил тяжкие телесные наказания по приговору суда. Весной следующего года ушли в прошлое шпицрутены, что, однако, не отменяло мордобой от рук офицеров. В том же 1864 году либеральным «Уставом гимназий и протогимназий» была отменена порка гимназистов. Но в начальных школах – земских, церковно-приходских, городских, народных и прочих – продолжали наказывать розгами вплоть до 1904 года. Именно в такое среднее учебное заведение и угодил молодой учитель Федор Тетерников.

В начале лета 1882 года Тетерников успешно защищает диплом «Сказки животного эпоса и нравственно-бытовые» и выпускается из Учительского института в большую жизнь. Путь ему определен в Новгород – дабы получить место преподавателя в одном из училищ губернии. Ну вот он, казалось бы, шанс уехать далеко и вырваться из-под материнского диктата. Но Федор берет с собой на житье и мать, и сестру Ольгу! Выходит, он вовсе не считал матушку исчадием ада, раз собирался делить с ней казенную квартирку и учительское жалованье – где-то 50 рублей в месяц, что не очень много, но можно втроем протянуть.

Тетерников отмечает в записках, что в Новгороде, где большой учительский начальник, направляя его в уездный городок Крестцы, в тамошнее городское училище, давал наказы юному преподавателю, мать била перед директором земные поклоны и просила, чтобы сына за проступки непременно там секли и чтобы он ходил… босой. (Об этой странности – почему Федору запрещалась обувь с весны до поздней осени – мы еще скажем.) Такое письмо в Крестцы директором действительно будет направлено, конкретно Александру Бальзаминову, учителю-инспектору Крестецкого училища.