Книга Измена: Любовница Носит Моё Лицо, страница 116 – Виктория Северина

Чинила обувь у мастера на соседней улице.

Писала матери короткие записки.

Любила корицу.

Не переносила запах дешёвого табака.

Боялась грозы меньше, чем её дочь.

В последний известный день вышла из дома и сказала, что вернётся к вечеру.

Роэн читал.

Лиана держала зелёную ленту.

С каждым словом обрывки становились плотнее.

Эвелина идёт по улице.

Мара держит за руку.

Сайра смеётся у окна.

Терен кашляет в постели.

Лавка.

Мята.

Дождь.

Потом Кассиан.

Металл.

Страх.

Лиана почувствовала, как чужая память начинает тянуть в разные стороны.

Не как раньше.

Теперь рядом было имя.

Эвелина.

Не просто женщина.

Не просто руки.

Эвелина Рашт.

Эвелина Кост.

Дочь.

Мать.

Вдова.

Лиана произнесла имя вслух.

— Эвелина.

Сайра вздрогнула.

Роэн продолжал читать.

Лиана закрыла глаза.

Обрывки шли быстрее.

Эвелина смеётся.

Эвелина ругается.

Эвелина держит Мару.

Эвелина говорит матери: «Я к вечеру».

Вот здесь.

Лиана почувствовала сопротивление.

Будто всё внутри чужой памяти упиралось в невидимую стену.

Она сжала ленту.

— Эвелина Рашт, — сказала снова. Голос дрожал, но она не повышала его. — Дочь Сайры Рашт.

Сайра начала плакать.

Не понимая.

Слёзы текли по лицу сами.

— Почему? — спросила она. — Почему мне так больно?

Лиана открыла глаза.

— Я не знаю, вернётся ли память.

— Но боль уже вернулась.

— Да.

Сайра схватилась за грудь.

— Это моя?

Роэн замолчал.

Лиана ответила:

— Похоже.

Женщина посмотрела на деревянную лошадку.

Очень долго.

Потом встала.

Подошла.

Взяла.

Пальцы легли на жёлтую ленту.

И всё произошло не красиво.

Никакого света.

Никакого всплеска магии.

Сайра просто вдруг издала звук.

Не крик.

Что-то хуже.

Короткий глухой стон человека, которому разом вернули слишком много.

Лошадка выпала из рук.

Женщина пошатнулась.

Роэн успел подхватить.

Сайра вцепилась в его рубашку.

— Эви, — сказала она.

Лиана замерла.

Имя.

Не Эвелина.

Эви.

Как в письме.

Сайра посмотрела на неё.

Глаза стали другими.

— Эви, — повторила женщина. — Моя девочка.

Роэн осторожно усадил её.

Сайра зажала рот рукой.

Потом начала говорить быстро.

Слишком быстро.

— Она ненавидела молоко. В детстве прятала чашку под стол. Ей было восемь, когда она упала с лестницы. Нет, девять. Я кричала на Терена, когда он хотел жениться на ней, потому что думала, что он слишком бедный. Потом он оказался хорошим.

Она рассмеялась сквозь слёзы.

— Господи.

Лиана почувствовала, как по коже прошёл холод.

— Вы помните.

Сайра резко посмотрела.

— Мара.

Имя прозвучало так, будто женщина только сейчас поняла вторую половину потери.

— Где Мара?

Лиана не знала.

Роэн тоже.

Сайра встала.

— Где моя внучка?

— Мы не нашли пока, — ответил Роэн.

— Она была маленькая.

— Да.

— Шесть лет.

— Да.

Сайра закрыла глаза.

Потом ударила себя ладонью по груди.

— Я забыла.

Лиана встала.

— Это сделали с вами.

— Я забыла своего ребёнка.

— Нет.

— Двадцать лет!

Голос женщины сорвался.

— Двадцать лет я жила здесь.

Она оглядела комнату.

— Её вещи лежали наверху.

Сайра схватила детское платье.

— Я видела это.

Прижала к лицу.

— Я переставляла ящики. Мыла пол. Выбрасывала старую пыль.

Она задыхалась.

— И не знала.

Лиана подошла ближе.

— Вы не виноваты.

Сайра резко посмотрела.

— Не говорите так!

Лиана замерла.

Слова ударили знакомо.

Она сама ненавидела подобные утешения.