Книга Сезон непрочитанных писем, страница 19 – Татьяна Ганская

— Да, я не проверяла.

— Хотите — могу оставить ключи в агентстве или выслать. Как вам удобно?

— Не нужно, — сказала Марта и вдруг улыбнулась: — У меня есть свой комплект.

Повесив трубку, она ощутила, как первый тяжёлый камень откатился в сторону. Квартира свободна. Это казалось почти знаком. Или подарком. Значит, всё складывается.

Собиралась она быстро, даже легкомысленно. Открыла шкаф, вытащила свой чемодан — тот самый, который когда-то они с мужем брали в свадебное путешествие. Раньше в него складывали купальники, солнцезащитные очки, кремы с запахом кокоса. Сегодня — лишь пару брюк, блузки, бельё… Всё самое нужное, только то, что не мешает думать.

На кухне Марта заварила крепкий чёрный чай, добавив дольку лимона. Ей не хотелось есть. Она чувствовала, как внутри что-то вибрирует, будто пружина, готовая распрямиться. Но это волнение не пугало. Это была жизнь, просыпающаяся после долгой заморозки.

В аэропорт Марта добиралась почти налегке — с одной сумочкой через плечо и неполным чемоданом на колёсиках. Переулки встречали её смрадом колёс и горячим асфальтом. Солнце уже вовсю лупило по крышам. Она ловила себя на том, что не чувствует привычного раздражения от жары. Словно вокруг всё расправляется, как после долгого сна.

У касс её ожидал первый сюрприз: сегодня прямых рейсов нет.

— Следующий только в субботу, — сказала девушка усталым голосом, хотя день еще даже не успел начаться.

— Это же через три дня. Нет, спасибо, — качнула головой Марта, — это слишком поздно.

Она не могла ждать. Её будто тянула вперёд какая-то сила, словно в груди открылся магнит к свободе, и теперь любое промедление казалось предательством самой себя.

Марта метнулась к выходу. Такси. Автовокзал. Один рейс — с удобным маршрутом — уходил через пару часов. Никаких перелётов, никаких пересадок в чужих аэропортах с блужданиями. Только дорога — одна, понятная, прямая.

Решено. Она уезжает сегодня.

Автобус, выехав с территории автовокзала, неспешно втянулся в городскую круговерть, влился в бурный поток машин, других автобусов, грузовиков и мотоциклов. Марта устроилась у окна, и, когда кресло слегка закачалось на первой неровности дороги, она, наконец, выдохнула. Не просто воздух — она будто выдохнула всю усталость последних месяцев, всю тьму, нависшую над ней в последние недели. Она сделала это. Она уезжает.

Салон был наполовину пуст. Несколько пожилых женщин тихо переговаривались на передних сиденьях, мужчина в светлой рубашке открыл ноутбук и что-то печатал, кто-то листал журнал. Всё происходило с той непередаваемой негромкой размеренностью, которая говорит: люди незнакомы, но разделяют одну дорогу. Одну цель — выбраться из города, оставить позади что-то своё…

Город за окном, как обычно, шумел и мигал. Проспекты, стеклянные фасады, остановки общественного транспорта, выжженные солнцем вывески. Всё привычное, знакомое. Но сегодня это казалось Марте не просто чужим — необязательным.

Как будто кто-то щёлкнул невидимым переключателем, и теперь всё происходящее не касается её. Да, она здесь прожила уже много лет. Но сейчас город — фон, а не смысл.

Автобус свернул на эстакаду, промчался мимо знакомых спальных районов. Вот тот торговый центр, где они с мужем покупали первую посуду. Вот улица, на которой случилась их первая большая ссора — он учил её водить. Вот закусочная, в которую они захаживали после сеансов в кино.