Книга На волнах оригами, страница 192 – Анна Джейн

Нинка на автомате вытащила из валяющейся рядом с ней сумочки ни много ни мало, а настоящую миниатюрную отвертку, и, слегка пошатываясь, бесшумно, словно заправский ниндзя подкралась к двери, ведущей, судя по шуму воды за ней, в ванную комнату. Блондинка тихонько приоткрыла дверь, дабы вначале оценить противника, однако ее ждало большое потрясение, ибо человека, склонившегося над раковиной и упершегося в нее руками, она без проблем могла узнать и со спины. И дело было не только в ярких синих волосах. Фигура, походка, жесты, голос – как ни пыталась гордая Журавль забыть этого человека по имени Ефим, у нее ничего не получалось и – парадокс – она начинала ненавидеть его еще больше.

Келла не опускал тяжелого взгляда с отражения собственного лица: недовольного, небритого, мокрого от воды – холодные капли стекали по нему, попадая на грудь и за шею.

«Рыло обдолбанное», – кровожадно подумала Ниночка, стискивая свое маленькое, но грозное оружие и не сводя хищного взора с парня. Решил поиздеваться над ней, смертник! Ну, сейчас она ему пару лишних дырочек в теле сделает!

От внезапно нахлынувших чувств даже голова кружиться перестала – или Нинка больше не замечала этого.

Она уже хотела было залететь в ванную и напасть на своего обидчика сзади, как зазвонил его телефон, лежавший рядом с раковиной. Келла выключил воду, наскоро вытер о полотенце руки и поднес телефон к уху.

— Привет, Андрей, – сказал он со вздохом. – Да, я с Рэном. Он курит. Где? В отеле каком-то. Нет, мы там не пьем, – скучным голосом отвечал парень. – И никаких наркотиков. И девочек с нами рядом нет, – рыкнул раздраженно Келла, и Нинка поняла, что, скорее всего, звонит менеджер «На краю», которая скоро лишится своего барабанщика.

— Какая разница, зачем мы сюда приехали? – продолжал Келла, которому явно не нравился допрос. – Идиотку одну пьяную привезли. Напилась в баре, уснула, мне позвонили, пришлось забирать. Не к себе же я домой ее потащу.

Видимо, менеджер стал втирать Келле нечто такое, что тот разозлился еще больше:

— *Запрещено цензурой*, ты в порядке? – с шумом выдохнул синеволосый. – Какое приставать? Мужик, ты чего мне втираешь? – не слишком-то и уважительно обратился он к Андрею. – Если ты привык с каждой спящей резвиться, то не надо и мне это приписывать. – И для надежности он добавил еще пару непечатных выражений.

А Нинка, поняв, что Келла вроде бы как на честь ее не посягает, и вообще где-то неподалеку тусуется и Рэн, вдруг почувствовала себя крайне глупо, хотя подобное состояние было для нее нехарактерно. Девушка отступила на шаг, еще на один, а после развернулась и прокралась обратно к кровати.

Как кара, ее настигло воспоминание – все-таки выпила она сегодня не так много, как в прошлый раз, чтобы совершенно забыть, что с ней происходило: кое-какие обрывки воспоминаний промелькнули в белокурой голове.

Она точно целовалась сегодня с этим синильным выродком. Классно целовались. По крайней мере, воспоминанию это казалось именно так.

Отвертка выпала из ее ослабевших рук и беззвучно приземлилась на край пушистого ковра. Возвращаться за ней Ниночка не стала – Келла закончил разговор. И вот-вот должен был выйти из ванной.

Однако она успела.

Когда синеволосый вернулся в комнату, хитрая девушка уже лежала на кровати, живописно раскинувшись на оной и успешно изображая из себя спящую.