Книга За зеркалом, страница 29 – Алёна Шахнина

Через силу налила чай с лимоном и села за столом. Вбила в браузере название строительной компании, и попала на их сайт. Фирма такая действительно существовала, но номер телефона не совпадал. Только это не говорило ровным счетом ни о чем — эти парни могли быть простыми агентами.

Через слезы от яркого экрана я полистала проекты компании, но это тоже не дало никакой информации. Оставалось только одно — пообщаться с соседями из ближайшего дома. Если они хотят забрать всю территорию, то им тоже предлагали продажу.

Я снова посмотрела в зеркало на свое отражение. Да уж, в таком виде мне только в фильмах ужасов сниматься, а не по соседям ходить.

— Хреново выгляжу, да? — спросила я у Вани, наблюдающем за мной.

— Нет, — он улыбнулся.

Я посмотрела на его теплую улыбку и махнула рукой.

— Не ври.

Значит, первое — выздороветь, чтобы не выглядеть, как призрак. А потом к соседям. Сначала это, потом все остальное. Если дом спасти не получится, придется спасать Ваню.

Чтобы более-менее встать на ноги мне потребовалось три дня, десять кружек чая с лимоном, и три комплекта постельного белья. Я засыпала под стук собственных зубов, а просыпалась в луже собственного пота. Сквозь забитый нос храпела так, что пугалась сама. За эти семьдесят два часа я проспала минимум шестьдесят, и, кажется, выспалась на всю жизнь вперед. Между сном и сном я питалась лекарствами, отвечала на сообщения Веры, Кости и Никиты, выслушивала претензии о том, что залила соплями полдома.

И вот, я наконец, проснулась без температуры. Первое, что я сделала — пошла в душ, чтобы отмыть сено на голове. После теплой воды мне стало ещё лучше, из ванны я вышла уже почти с улыбкой. В болезни самое прекрасное — выздоровление, когда ты снова начинаешь ощущать себя человеком. Живым человеком, а не вечно дрожащим и потеющим телом.

Сделала себе настоящий, полноценный завтрак — два бутерброда с черствым хлебом и подсохшей колбасой. Но после горьких таблеток и слишком сладких сиропов это показалось мне пищей богов. Запила вкуснейшие бутерброды теплым чаем, а потом выскребла остатки малинового варенья из банки пальцем.

Ваня все это время молча наблюдал за мной, и хотя я не видела его в зеркале, я чувствовала, что он здесь.

— Ну что, мой странный сосед, — громко сказала я. — Я выжила, выздоровела и готова снова бесить тебя.

— Ты меня уже бесишь горой грязных кружек в раковине, — буркнул он. — И как ты пальцем варенье ешь. Фу, вульгарщина.

— Вот так? — я взяла банку, запустила в неё палец, подхватила остатки варенья и облизнула палец.

Ваня раздраженно застонал, а я засмеялась. Он так мило злился, что я готова была снова и снова бесить его, чтобы слушать эти недовольные вздохи.

Но заниматься ерундой было некогда, я быстро отмыла кружки и пошла собираться к соседям. Ещё першило в горле и мучил насморк, но без головной боли я была счастлива. Болезнь выжала меня, как половую тряпку, и теперь я готова набираться сил и хорошего настроения.

В комнате я остановилась у туалетного столика и прикоснулись к платью, ещё висящему на стуле. Оно манило меня какой-то невидимой силой, хотелось трогать плотную ткань, мятые оборки на манжетах, длинный пояс. Что-то было в этом платье, но я не понимала что. Я взяла его и подняла перед собой, рассматривая от воротника до подола. Такое платье я бы никогда не носила — слишком оно старомодное и тяжелое, но оно забирало мое внимание.