Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 98 – Леси Филеберт

Я глянула на свое платье, как-то разом почувствовав себя в нем очень неуместной в этой ослепительной белизне. Особенно на фоне Лунтьера, который надел поверх рубашки шикарную светло-бежевую мантию со сложной золотистой вышивкой, которая прекрасно сочеталась с роскошной дворцовой обстановкой. Не то что мое легкомысленное летнее платьице. Впрочем, меня-то никто заранее на званый обед не приглашал, так что я искренне надеялась, что аристократы не будут откровенно воротить от меня нос.

От сплошной белизны дворца аж глаза заслезились, и я пожалела, что не додумалась взять с собой солнечные очки. Надо будет прикупить где-нибудь на местном рынке, что ли.

При нашем приближении к особняку массивные белоснежные двери с инкрустацией серебром распахнулись, и оттуда вышел молодой эльф с медными волосами, собранными в низкий хвост, и добрыми зелеными глазами. На нем был серо-голубой сюртук с вышитыми серебром узорами волн, на пальце выделялся крупный серебряный перстень с гербом. Вслед за ним шагал высокий широкоплечий мужчина с длинными пепельными волосами, его доспехи, изготовленные из легкого и прочного эльфийского серебра, украшала гравировка в виде морских узоров, а на поясе висел изогнутый клинок в ножнах из перламутра.

— Это нас вышел встречать дворецкий, — шепнул мне Лунтьер. — А за ним идет глава местной стражи.

— Приветствую вас, дорогие наши гости, в чертогах благородного дома Каллосов! — торжественно произнес дворецкий, отвесив нам церемонный поклон. — Меня называют Бе́рвуд Серебристолистый, я повелитель вишневых садов генерала Каллоса, хранитель древних знаний благородного дома, знаток искусств чайных церемоний!

— А меня зовут Келебримо́р Пламенный Клинок, — глава стражи согнулся лишь в полупоклоне. — Я непоколебимый страж южных рубежей, я тот, кто шел сквозь пламя тысячи битв, я повелитель грома в долине павших звезд, опустошитель полчищ безликих, хранитель клятвы стражи Вечного леса, боевой мастер двух стихий и единственный, кто справился с проклятьем теней.

Я с трудом удержалась от того, чтобы не выдать выражением лица желание рассмеяться.

— Это они надо мной издеваются, или ты специально так переводишь? — спросила я у Лунтьера, который мгновенно переводил мне слова эльфов.

— У героссцев принято так витиевато представляться друг другу, как минимум, при первой встрече, — шепнул Лунтьер.

Потом он что-то очень многословно сказал на эльфийском и отвесил церемонный полупоклон.

— Это ты тоже так изощренно им себя представил, что ли?

— Да. Теперь твоя очередь. И учти, что они очень серьезно к этому относятся, и за отказ от официального представления тебя могут выдворить из страны.

— А ты не мог меня предупредить?! — процедила я сквозь зубы, стараясь продолжать вежливо улыбаться эльфам. — Я бы хоть подготовилась!

— Мог. Но не захотел, — расплылся Лунтьер в коварной улыбке.

Ах так, значит, да? Ну ладно. Война так война!

— Ты ведь переведёшь мои слова им на эльфийский, да? Каждое слово, да?

— Именно для этого я здесь.

— А если эльфы услышат из твоих уст что-то непочтительное, или ты рассмеешься им в лицо — они как отреагируют?

Лунтьер глянул на меня с опаской.

— Боюсь спросить, ты для чего это спрашиваешь?

Я коварно улыбнулась, повернулась к эльфам, тоже церемонно поклонилась и с самым серьезным видом, с придыханием произнесла: