Книга А единороги будут?, страница 377 – Ирина Смирнова

— Где мы? — испуганно, поинтересовалась я, как только смогла выкарабкаться и отплеваться.

— Это снежная пустыня на КийЛуне, — сквозь жуткий ветер прокричал нам Аркат.

Стуча зубами от холода, мы столпились, плотно прижавшись друг к другу, и ждали, пока джины раздадут всем зимнюю одежду.

— Илат спит неподалеку, я оставил рядом с ним Шалассу.

Я непроизвольно сморщилась. Вежливая драконица нравилась мне гораздо меньше, чем вспыльчивый огнеплюй. Этим монстром я со скрипом, но уже научилась манипулировать, спасибо хорошему учителю, а вот Шалассой… Даже пытаться не хотелось.

Сохрэб и Аркат пошли впереди, расчищая нам дорогу огнем, следом полз Шакрасис, расширяя путь и утаптывая снег своим тяжелым телом. Мы с Бхинатаром замыкали процессию, отслеживая, чтобы никто не провалился и не потерялся. И, заодно, освещая путь тем, кому было мало эффектных подсветок от первопроходцев.

Идти, действительно, оказалась «недалеко» — не больше получаса. Но к тому времени, как мы пришли, мне казалось, что меня полностью покинула способность слышать звуки, зато белый цвет я возненавидела на всю оставшуюся жизнь.

Сидевшая возле огромного сугроба Шаласса тут же отошла в сторону, уступив нам место. Ормид, одним взмахом руки расчистивший снег, явил миру небольшого, по сравнению с братом и сестрой, дракона. Зато его крылья оказались заметно больше, чем тело, и обязательно должны были функционировать, в отличие от Аркатовских.

Я просто не перенесу, если и этот будет не летучим!

Чешуя у Илата была незаметной, тонкой, светящейся серебристо–белым светом, и весь он производил впечатление хрупкости, порывистости, стремительности.

— Сколько осталось? — задал Аркат загадочный вопрос Шалассе.

— Не знаю. Но тот, кто перенес его сюда, должен был осознавать, насколько это опасно.

Драконица, явно, была взволнована и переживала за брата. Уверена, это все было об Илате. Его гибкое тело было покрыто коркой льда, а дыхание едва различимо.

Дракону воздуха опасен холод?

— Его перенесли сюда совсем недавно, и он, даже сквозь сон, осознавал опасность и призвал меня на помощь, — удосужился Аркат пояснить происходящее, напряженно наблюдая за тем, как Сохрэб, надев маску, принялся выполнять вокруг Илата самый настоящий танец с бубнами. Так как ритуала побудки каждого отдельного дракона не было, или мы не знали, то все жрецы действовали по наитию. Ярим — пинал, орал и ругался. Шакрасис исполнил несколько старинных песен прямо в ухо Шалассе. А Сохрэб решил сплясать, сверкая огненными искрами и гремя в бубен. Получилось очень шумно и красиво, но никакого впечатления на Илата не произвело. Однако джин не сдавался, продолжая танцевать и громыхать.

— А почему вы не перенесли его отсюда? — поинтересовалась я у драконов.

— Интересно, как ты себе это представляешь? — с ехидством уточнил Аркат, не отрывая взгляда от Сохрэба. — Способностей к левитации у драконов нет. Сестра здесь в своем нормальном облике погибнет, я же, один, поднять брата, может, и смогу, но пройти с ним куда–то дальше, чем на пару шагов — вряд ли.

Ну, не драконы, а недоразумения какие–то, честное слово. Еще бы понять, а что за способности у них есть. Вот ходьба между мирами — точно. А что еще?

Так, не о том я думаю… Кто–то решил, что будет надежнее, не жрецов убирать, а самих драконов. Вот, что важно!