Книга Звезда Севера, страница 126 – Вероника Норт

«Возможно, потому что ты не истинный сын, а всего лишь жалкий бастард», – прошептал внутренний голос, и Эрон в очередной раз признал поражение.

Разве истинный сын позволил бы убить всех его людей и увести его женщину? Разве не защитил бы их даже ценой своей жизни? Что толку от его дара, когда он остался с позором лежать на земле с клинком в спине.

«Эви… будь она проклята. Будь она проклята всеми богами на свете!»

— Оставь меня, – сказал Эрон, сжав кулаки.

Когда шаги советника затихли за дверью, песчанка уже не дергалась, обмякнув в объятиях секаты. На этот раз Эрон не ассоциировал себя с жертвой. Нет, теперь он был хищником. Он хотел бы быть секатой. Обнять Эви. Окрутить щупальцами потока. И медленно сжимать до тех пор, пока весь воздух не выйдет из ее легких.

Лишь бы она была рядом.

* * *

— Как думаешь, у него получится сегодня? – Голос Элии был сухим, безжизненным, как шелест остывшего пепла на ветру.

Сестра лежала прямо на холодном полу, положив голову на ее колени. Эви погладила ее волосы – тоже сухие и безжизненные – и наткнулась пальцами на жесткий ошейник.

— Конечно нет, – зло ответила она. – Я надеюсь, что его стручок уже высох и отвалился.

Плечи Элии напряглись, и она испуганно покосилась на немую рабыню, перестилающую постель в алькове. Та не сбилась ни на секунду, но Эви знала, что девушка все слышит и наверняка передаст своему господину. Чтоб он провалился в бездну, мерзавец…

— Не говори так, – пробормотала сестра.

— Она же немая, что она скажет? – Эви демонстративно фыркнула. – Мое проклятие сработало, а значит, наши боги еще не отвернулись от нас, сестра.

Она незаметно сжала руку Элии, и та промолчала.

«Если бы это было так, – с горечью подумала Эви. – Если бы владыки не отвернули от нас свой взор, разве допустили бы такое?»

В день, когда Илиас, бледный и изможденный, вошел в эту комнату и заявил, что сейчас она познает настоящего мужчину, Эви набросилась на него, но ее ноги тут же подкосились, и перед глазами все поплыло. Она боролась со внезапно накатившей дремотой, но тело потяжелело, а движения были вялыми и давались с трудом, как будто ей приходилось пробиваться сквозь толщу ила. Как только Илиас привязал ее руки к спинке кровати, сонливость исчезла, и Эви плюнула ему в лицо, за что тут же получила оплеуху. Из ее носа потекла кровь, но и из его носа тоже, и она почему-то рассмеялась.

Он долго возился с завязками на поясе, сидя меж ее разведенных ног, а потом безуспешно теребил свой вялый отросток, бормоча ругательства, а Эви смеялась все громче, уже не истерично и испуганно, а по-настоящему. Это стоило ей еще пары пощечин и оскорблений, но все же он отстал, выскочив из их темницы с перекошенным лицом.

Так повторялось еще дважды – раз в несколько дней Илиас приходил за тем, чтобы воспользоваться ею, но уходил ни с чем. Синяки расцветали на ее груди и бедрах, там, где он щипал и стискивал их в попытке возбудить свою плоть, но та не откликалась, приводя принца в бессильную злобу.

Сегодня, судя по тому, что рабыня наводила порядок и перестилала постель, спрятанную в алькове, он собирался прийти снова.

— Ты же знаешь, сестрица, что моя бабка была ведьмой и умела насылать проклятия, – продолжила Эви, не глядя на немую девушку. – Клянусь, ее дар живет во мне, так что не только здешние королевские сыны кое-что могут. Что толку от их даров, если у них не будет наследников?