Книга Звезда Севера, страница 86 – Вероника Норт

Эви села повыше и взяла чашу, но не стала пить, хотя горло все еще саднило. Забинтованные исцарапанные пальцы с сорванными ногтями чесались от заживляющей мази. Ребра болезненно ныли. Она знала, как выглядит. Видела свое отражение в зеркале несколько часов назад. Бледная, с запавшими щеками, с широкой темной полосой вокруг шеи. И она уже не хотела забывать.

Невысказанное росло и ширилось между ними, становясь почти осязаемым.

— Что с Морэн? – наконец нарушила тишину Эви.

На несколько секунд на его лице застыл вопрос, а затем он ответил:

— А, ты о той своей рабыне…

— О своей рабыне? О той? – переспросила Эви, не веря своим ушам. – Ты что, даже не помнишь, как ее зовут?

Она скривилась от отвращения и покачала головой.

— Дэрби ударил ее по голове, но с ней уже все в порядке. Кажется, ее пока заперли. Прости, ты была больна, и я даже не думал о ней.

— Не думал? – Эви сжала чашу с такой силой, что костяшки побелели. – Ох, боги, ваше отношение к женщинам… это просто… – Не находя слов, она отвернулась.

— Я понимаю, что эта девушка была тебе подругой…

— А тебе любовницей, – вставила она.

— И… Что? – Он осекся.

Эви повернулась и посмотрела ему в глаза.

— С которой ты был в тот день, когда… Когда ты… – Голос предательски сорвался, и она сделала глоток.

Во рту разлился приторно-горьковатый вкус лекарства, но болезненное ощущение стихло. Жаль, что нельзя было сказать то же о ее душе.

— Так это была она, – устало пробормотал Эрон. – Эви, я же не знал…

Последняя надежда, что Морэн солгала и между ними ничего не было, разрушилась, как замок из песка, смытый приливной волной. Эрон потянулся к ее руке, но Эви отстранилась.

— Уходи, Эрон, – прошептала она дрожащими губами. – Оставь меня.

На глазах закипали горячие слезы.

— Давай поговорим…

— Уходи! – закричала она. – Убирайся!

Тяжело вздохнув, он встал и подошел к двери, взялся за ручку.

— Мы поговорим, когда ты успокоишься и будешь к этому готова. – Его голос был каким-то безжизненным и пустым, но то, как он держался, как распрямились его плечи и окаменело лицо, выдавало в нем сильнейшее напряжение.

Как будто Эрон боролся с желанием причинить ей боль. Словно всего, что он уже сделал, было мало, чтобы причинить ей боль.

Едва дверь за ним закрылась, Эви швырнула в нее чашу. Осколки разлетелись, как кусочки льда, пронизывающие ее сердце. Она скомкала покрывало и закрыла глаза. Хотелось кричать.

Лучше бы она разбилась о камни и ее тело смыло в море…

Эрон проснулся от раската грома и шума дождя. Тирэм сонно чирикнул со своего гнезда, комнату осветила новая вспышка молнии, а затем раздался оглушающий грохот. Снаружи бушевала настоящая буря. Вода лилась бесконечным потоком, ветер завывал, как обезумевшее животное, бросаясь на окна.

«Эви», – подумал Эрон.

Ей становилось лучше, когда утихомиривалась стихия, и в последние несколько дней моросил лишь легкий дождь, поэтому казалось, что беда уже позади. Но теперь боги неистовствовали так, как никогда на его памяти.

Эрон отбросил покрывало. В комнате было холодно, сырость проникала отовсюду. Он вышел в смежную комнату. В голове путались обрывки мыслей. Из-за грозы было неясно, ранее утро сейчас или глубокая ночь.

Эрон открыл дверь в ее спальню, сквозняк затушил свечу, но в тот момент, когда крошечный огонек поглотила темнота, длинная вспышка осветила пространство, запечатлев перед глазами четкую картину.