Книга Развод. Отринутая истинная генерала-дракона, страница 73 – Мила Зайн

Он нависает надо мной, его аура обжигает вихрем. Но я не отступаю. Внутри всё дрожит от страха за ребёнка, от ярости на его упрямство, от чудовищной правды, которая встаёт между нами стеной после нашего воссоединения.

Мы должны плакать от счастья и целоваться до головокружения. Я должна таять в его руках, а не шипеть, как раненная кошка, защищающая детёныша.

— Я не могу просто взять и перестать его любить, — выдыхаю я, и голос ломается. — Я пять лет мечтала о ребёнке. Пять лет, Рагнар! Я молилась всем богам. Я ненавидела своё бесплодное чрево. И когда я очнулась в этом теле и поняла, что во мне есть жизнь… я не смогла её отвергнуть. Да, сначала я думала, что это твой бастард от любовницы. Меня выворачивало от этой мысли, но даже тогда я не хотела его смерти. А теперь, когда я знаю, что ты не предавал меня, что это вообще не ребёнок в обычном смысле, а… шанс? Я не предам его. И тебе не позволю.

Я кладу руку на живот и смотрю на него снизу вверх. Слёзы текут по щекам, я даже не замечаю.

— Ты можешь уйти, — шепчу я. — Если тебе нужно это переварить. Но я не дам тебе прикоснуться к нему пальцем.

Лицо Рагнара разбивается на тысячу осколков: неверие, боль, страх, снова вина, гнев на самого себя. Он открывает рот, чтобы что-то сказать…

И в этот момент тишину библиотеки разрывает звон стали из коридора — крики, лязг клинков, глухие удары тел о стены.

Четыре гвардейца Рагнара, оставленные за дверью, вступают в бой. А затем, почти одновременно с этим, стекло в библиотеке взрывается градом осколков.

Я вскрикиваю, заслоняю лицо ладонями. Мелькают тени, слышится тяжёлый грохот опрокинутой мебели и звон металла.

Рагнар меняется мгновенно: только что он стоял потерянный, с мукой в глазах, а сейчас передо мной хищник, развернувшийся к угрозе с боевым рефлексом, отточенным десятилетиями.

— Кейран, — рычит он, и в этом рыке слышится обещание смерти.

Я вижу его. Безумный, растрёпанный, с лицом, перекошенным яростью и горем. Лорд Кейран собственной персоной вваливается через разбитое окно балкона, а за его спиной — трое дюжих мужчин с клинками наголо. Бывшая правая рука и тайный любовник Лиран, которому час назад разбили сердце, поведав, что он был лишь пешкой.

Дверь библиотеки сотрясается от тяжёлого удара — с той стороны продолжается бой. Гвардейцы отрезаны: Кейран выставил в коридор втрое больше людей, чем было у генерала. Они не пройдут, не позовут на помощь, не поднимут тревогу. Всё, что происходит сейчас в этих стенах, останется между нами.

— Ты! — орёт Кейран, тыча в меня дрожащим пальцем. — Ты, грязная шлюха! Ты с самого начала лгала мне! Я любил тебя, а ты использовала меня. Говорила про трон, про наше будущее, про то, что я бастард императора. А потом сдала меня Совету и смеялась вместе со своим Генералом!

Он ничего не знает. Он думает, что перед ним всё ещё Лиран. Та, которая предала его час назад моими руками. Его глаза горят бешенством обманутой собаки, которая наконец поняла, что её били не за непослушание, а просто так. Ради забавы.

— Убирайся, — голос Рагнара выжигает воздух в библиотеке. Он задвигает меня за спину, вставая между мной и обезумевшим Кейраном. Его руки пусты: меч валяется на полу, в стороне. Доспеха нет. Но он не колеблется. — Живо. Пока я не разорвал тебя на части.