Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 35 – Наталия Иноземцева

Отвязав своего коня, он направился к мосту, но увидел около него рыцарей на боевых лошадях и толпу селян. Последним не разрешали пройти. Мост был единственным способом покинуть святую землю.

Что он сделал? Запер чтеца, царапнул кинжалом целителя. Осквернил священный дом Нея. За такое могли обезглавить на месте. Сейчас стражи получат точные указания и будут искать юношу со шрамами на лице.

Он подъехал к старшему рыцарю и вопросительно вскинул брови:

— Простите, что-то случилось?

— Да. – Рыцарь перевел взгляд с его лица на уродливого коня, в глазах мелькнуло презрение. – Слышите гонг? Как стихнет, всех выпустим.

Не стихнет… Гроу посмотрел на другой берег, на шумящую воду. В сумерках река напоминала извивающуюся черную змею.

Прося помощи у предков, он повернул коня и отъехал от рыцарей шагов на тридцать. Выйдет, нет? В голове стало пусто. Из груди вырвался гневный вопль. Он погнал коня сквозь толпу людей на мост. Селяне, толкая друг друга, бросились врассыпную. Закричали рыцари, послышался звон выхваченных из ножен мечей. Уже на деревянном настиле конь столкнулся с рыцарской лошадью, клацнул ее железный нагрудник и рванул в сторону. Под левую лопатку Гроу словно вонзили копье. Он припал к шее коня и не сразу понял, что произошло – вода приближалась медленно, как в страшном сне. Он успел рассмотреть извилистые узоры волн и испугаться до смерти.

Ледяная горная вода ошпарила, словно он рухнул в чан с кипящим маслом. В горле застрял крик, легкие сжались. Он вылетел из седла, но вцепился в гриву коня. Они вынырнули вместе почти сразу, но течение здесь было таким сильным, что мост остался далеко позади. Гроу раскрыл рот и через силу вдохнул. Ноги свело судорогой. Спина налилась болью. Поняв, что конь уверенно держится в воде и медленно приближается к каменистому берегу, Гроу обхватил его шею и задрожал.

Река впереди расширилась, и течение стало спокойнее. Вокруг чернели горы. Конь фыркнул, выдувая из ноздрей воду, и неуклюже мотнул головой. Его плечи заработали, холка напряглась. Гроу понял, что конь пошел по дну, и схватился за седло. Ноги обвили водоросли.

Выбравшись, конь остановился у сухого рогоза. Гроу сел в колючую прошлогоднюю траву и, трясясь всем телом, попытался стянуть с себя потяжелевший плащ. Мышцы под лопаткой отозвались резкой болью. Остановившись, он как мог ощупал себя. Пальцы наткнулись на черенок стрелы – все-таки ранили. Он прикрыл глаза, но заставил себя подняться.

Расслабляться смертельно опасно!

Он, пошатываясь, повел коня к единственной расщелине в скале. Животное хромало на левую ногу, но не жаловалось.

Какое-то время они двигались в горы – Гроу надеялся, что найдет дорогу и сможет выехать к подножию хребта, но единственный извилистый путь сузился и начал подниматься вверх, уводя еще дальше. В воздухе кружили ароматы хвои и прелой прошлогодней листвы. Тишину нарушали только ветер и редкое уханье сов. Мокрая одежда прилипла к телу, изо рта пошел пар. Дух весны не любил горы. Сгинь Гроу здесь – никто его не хватится, кроме Хэджа. А барон даже не знает, где искать.

Взобравшись на небольшой холм, он увидел вдали нечто плоское и темное, похоже на край водной глади, похоже, там было озеро. По правую руку возвышалась гора, напоминающая склонившегося монаха. Хребет Цорея был единственным горным массивом в Вионе, он простирался от моря до соседнего герцогства.