Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 71 – Наталия Иноземцева

«Герцог и его семья целы, они рассержены сплетнями. Никакая кровь рахо не нужна. Всякий, кто будет разносить ложь, поплатится головой…»

Паладины слушали, замерев от напряжения. Гроу понял, что это общее замешательство – единственный шанс пробраться в темницу к Таолару. Осталось отвлечь чем-нибудь скучающую охрану.

Курносый рыцарь, вслушавшись в текст обращения, выругался себе под нос. Это не укрылось от Гроу. Он шагнул к нему и рыцарю с глубокими морщинами и спросил:

— Вашего лидера оскорбляют, а вы терпите?

— А что делать? – нервно прошипел курносый.

— Вы не страшитесь чудовищ, но робеете при этих стервятниках? Они тянут время, которого у принца нет.

— Да чтоб их всех! – рыцарь с морщинами подался вперед и забасил: – Господа-а! Давайте без этого всего! Что же мы сейчас делаем? Разыгрываем суд, когда принц нуждается в срочной помощи?

— Без командира мы не добудем кровь, – добавил курносый. – Там, в торговом дворике, что-то случилось. Никто из нас не помнит точно, что произошло. Кто и какие приказы отдавал. Я не покрываю лидита, это чистая правда.

Гроу подумал, что у паладинов творится какая-то бесовщина, но выяснять причины времени не было. Воины расшумелись, полетели небрежные возгласы в сторону Совета, и лидиту пришлось взобраться на трибуну, чтобы их унять.

Гроу отошел к крыльцу казармы. Казематов в Вионе не было, опасных преступников увозили на тяжелые работы. Временная темница располагалась на втором этаже. Окна там были настолько узки, что взрослый человек не мог протиснуть голову. Быстро осмотревшись, Гроу вошел в казарму: деревянный пол заскрипел под ногами, на стенах висели свитки с именами паладинов, напротив каждого стояли цифры, означающие количество убитых рахо. Первым в списке шел не лидит, а Лерн.

Всмотревшись в темный коридор, Гроу вытащил дорнак, отыскал лестницу на второй этаж и поднялся. Однако наверху дубовая дверь с маленьким окошком с железной заслонкой оказалась закрыта.

Он постучал, в ответ прозвучало угрюмое:

— Наконец-то. Давайте предписание.

Окошко открылось. Гроу увидел через него увесистый подбородок стражника.

Не задумываясь, Гроу нанес короткий удар кулаком под кадык. Рука еле протиснулась и шаркнула о края окошка.

Охранник схватился за горло и захрипел.

Гроу просунул руку глубже и нащупал засов. Отперев его и толкнув скрипучую дверь, он попал в мрачное помещение с потертым столом и лавкой, зацепил хрипящего стражника за наплечник и с силой потянул вниз. Воин устоял – он оказался здоровяком, вдвое шире Гроу. Взяв его за грудки, стражник легко оторвал его от пола и с размаху вдавил в стену. Недавняя рана под лопаткой отдалась болью, на мгновение правая рука повисла плетью. Гроу ударил соперника лбом в нос и услышал привычный хруст. Перед глазами мелькнула белая вспышка.

По губам противника побежала кровь. Глаза выпучились. Он пытался схватить Гроу за горло. На этом схватка могла закончиться. Защитившись здоровой рукой, он сам вцепился в глотку здоровяку и отбросил его к противоположной стене. Да так, что по штукатурке пошли трещины. Из груди вырвался резкий рев. Гроу тряхнул плечами, тело загуляло от перенапряжения. Убедившись, что воин затих, он закрыл дверь на засов.

На пыльном столе, заваленном сырными корками и рыбными костями, заплясали свечи. Опасность ушла, в нос ударили запахи соленой рыбы и пота. Нужно было торопиться.