Книга Город звериного стиля, страница 99 – Ольга Апреликова

Но ведь Мур никогда не видел, чтоды деду было настолько плохо! По Полюдовскому кряжу, когда ездили на майские праздники на Ветлан, Полюд и Помяненный Камень смотреть останцы из кварцевых конгломератов и песчаников, дед ходил легко, быстро, как молодой, и над Муром посмеивался, что пыхтит. Показывал сверху, где алмазоносные пески проходят. А ведь там по горам везде курумы, идти тяжело, а по моховой подстилке еще тяжелее. Что же, сердце взрывается вдруг? Само по себе, просто потому, что изношено? А если… А если деду кто позвонил или встреча какая-то плохо прошла, словом, он узнал что-то такое, что его расстроило? Все последние дни он мрачный был, всегда уставший, в мастерскую не спускался, приезжал поздно, мол, дела…

Мур решил обшарить салон, может, найдется что еще кроме папки с материалами к лекции и ноутбука, что вернули гайцы. В бардачке обнаружилась всякая знакомая ерунда – но и коробочка лекарства, Мур посмотрел в Интернете название – кардиологический препарат. Значит, дед уже мучился, и надо было в больницу, но он почему-то не мог? Зачем скрывал? Считал, что Мур не помощник? Пугать не хотел?

Запиликал телефон. Мур схватился за карман, но его трубка молчала. Пиликало из-под пассажирского сиденья. Он присел, пошарил – и вытащил знакомый дедов аппарат в толстом противоударном корпусе. Черт, значит, деду в больницу не позвонить; ладно, надо будет потом передать ему телефон… Экран жутко помаргивал, и на нам светился вызов: «Систра Д.» Мура обдало испугом, как огородной ледяной водой, и он уронил телефон. Тот лежал на коврике под сиденьем, помаргивал и знакомо пиликал.

Мур, продавливая густой воздух, как невидимый полимер, протянул руку, взял телефон и принял вызов:

— Алло.

В трубке было тихо. Тихо тишиной пещеры. Даже, кажется, слышался далекий звук капель.

Дождавшись утра, Мур встал, собрался и пошел на экзамен по математике. Потому что нечего осложнять себе жизнь неявкой. И так все непонятно и непросто. Надо всё сдать и закрыть вопрос с аттестатом. Потому что потом поступать. Чтоб отсрочка. А то в армию. Мало ли, что голова кружится от бессонной ночи и мерещится всякое… А где, кстати, Егоша? Нету. Провалилась бы она насовсем. Ох, если голова такая тяжелая, чего она кружится так легко… Мур купил кофе – но пить не смог, чуть не вырвало. Так, надо собраться.

— Ты чо такой? – спросил Колик, уже отиравшийся во дворе чужой школы. Тоже пришел раньше времени. – Зубрил, чо ли, всю ночь?

Мур и правда читал учебник, чтобы долгие часы ночи скорее проползли сквозь черный тоннель и притащили рассвет в последнем вагоне. Логарифмы прыгали в голове, параллелепипеды кривили по градусам свои вписанные прямоугольные треугольники, никак не замерить угол… Опять затошнило.

— Да нет. Дед в реанимации, я волнуюсь.

— А ты чо, один, чо ли, с ним? А взрослые? Батя?

Мур пожал плечами:

— Он далеко, – не объяснять же, что вовсе никогда отца не видел.

— Чо тебе батя скажет, если дед помрет без него? Ты звонил?

— Звонил, – в списке контактов на дедовом телефоне он нашел слово «сын», но… – Номер не обслуживается. Не знаю, что делать.

— А если он тоже помер?

Мур опять пожал плечами. Телефон деда, стоило его зарядить, стал звонить каждые пять минут, и Мур его снова выключил, чтобы сдуру не ляпнуть чего кому не надо, так много было у деда всяких дел, которые, похоже, быстро перерастали в проблемы, если судить по последним сообщениям. Мур почитал некоторые, и теперь голова шла кругом и поджилки тряслись. А то и вовсе реальный ужас накатывал, будто земля разверзается под ногами и летишь в ледяную пропасть. В общем, понятно, почему дед не распространялся об этих делах. Но и обидно немного – Мур ведь не маленький. Может, хоть в чем-то помог бы.