Книга Клювы, страница 119 – Максим Кабир

Возле Цвикова закончился бензин. Адамов брел по обочине шоссе. Направлялся к немецкой границе. Его мучала жажда. Голод терзал кишки. Во рту было горько от таблеток, которые он раскусывал зубами.

— Капитан!

«Не отзывайся, это мираж».

— Капитан!

Адамов плюнул. Пересохшая губа треснула.

На лужайке под сенью липы стояли раскладной столик и пара пластиковых стульев. Человек в костюме цвета морской волны приветливо махал, приглашая к столу.

Адамов поковылял по сочной траве.

Лысеющий яйцеголовый тип позаимствовал лицо у городского дурачка Кусаки. Но дураком он точно не был. Глаза под проволочными очками выдавали недюжинный ум. В реальности (если это была реальность) Отто Леффлер оказался чертовски высоким.

— Вы завтракали?

Адамов уставился на тарелки с яствами. Аромат будоражил нюх.

— Прошу вас! — Леффлер отпил кофе из смехотворно крошечной чашки. — Разделите со мной трапезу.

Повторять не понадобилось. Адамов рухнул на стул и, как собака из миски, принялся поедать мясо. Бедрышки кролика, политые вином и бальзамическим уксусом. Вкуснейший телячий шницель в панировке с начинкой из сыра и ветчины. Тушеная говядина по-бургундски. От тягучего соуса язык приклеивался к небу.

Леффлер улыбался, глядя, как Адамов лакает бульон, крошит свежую булку, руками выгребает нежное филе сибаса.

На лужайке, конечно, не было официантов, но вылизанные тарелки исчезали, а на их месте появлялись блюдца, десерт, пудинги и шарлотки. Адамов залпом опустошил треть кувшина с лимонадом и басовито срыгнул.

Леффлер зааплодировал:

— Браво! Как вам моя стряпня?

— Каракатица резиновая. В конфи не хватает розмарина.

— Да вы гурман! Учту.

Адамов взял со стола бокал, не задумываясь, откуда он материализовался. Ткнулся носом в пенную шапку. Пиво было превосходным.

— Вы дьявол? — спросил он, вытирая рот.

— О, вы мне льстите. Нет, я не дьявол. Я человек, по крайней мере был человеком. Увлекающейся натурой. Кстати, это ваше.

Адамов повернулся. Со спинки его стула аккуратно свисал синий китель, утерянный впопыхах на пароме. Адамов надел его — китель пах стиральным порошком.

— Меня злят недомолвки, — сказал администратор казино, закидывая ногу на ногу. Вальяжно усевшись, он вытащил из-за пояса пистолет. — Что, если я в вас выстрелю?

Ни единый мускул не дрогнул на лице Леффлера.

— Что, если вы выстрелите в лунный свет?

— Вы призрак?

— Нет, я не умирал. Скажем так, в бытность свою скромным исследователем я наткнулся на весьма важные книги и провел весьма сложный ритуал. Я, с позволения сказать, познал саму суть вещей и, как всякий разумный человек на пороге великих перемен, принял сторону потенциального победителя.

— Дьявола? — спросил Адамов после доброго глотка.

— Да бросьте вы эти христианские бирюльки! Дьявол с рогами, ангелы с трубами. Мои друзья, — он поднял вверх палец, — мои влиятельные покровители сотканы из иных материй.

— И кто же это?

— Вы любопытны, мне это нравится. Если вам позарез нужны имена, называйте их лунными птенцами.

— Сука, которую мы трахали, сука-лунатик, говорила о птенцах и Песочном человеке.

Леффлер поморщился:

— Песочный человек! Отдает сказками. Я предпочитаю говорить: «Лунное Дитя». Вам знакомы труды Кроули?

— Кого?

— Неважно. Лунное Дитя явилось на Землю согласно пророчествам. Я же был скромным гостем в его башне, пока не настал час подготовить почву для царствия Луны.