Книга DARKER. Твари и хвори, страница 108 – Майк Гелприн, Михаил Парфенов, Александр Матюхин, и др.

— Это черепушка демона, которого я вызвал, а потом грохнул, – сказал Викторыч. – Проломил ему башку. Клиентам я говорю, что это один из верховных демонов, гроза грешников и праведников, искуситель девственниц, пожиратель душ и так далее и тому подобное.

— И клиенты в это верят?

— Конечно! И я верю, и ты, пацан, должен поверить. Без правильного настроя мы с тобой ни хрена не продадим.

С черепушки капало. Викторыч вернул ее в аквариум и вытер руку о бедро.

— Короче, завтра я тебя от школы освобождаю, мое тебе благословение, понесешь человечку бокс. Если что, меня ты не знаешь, что внутри бокса, не знаешь. Время и адрес тебе Мирончик скинет. Усек?

На прощание Викторыч дал Илье партию обычных коробок, чтобы продавать их в промежутках между поставками треш-боксов. В дверях Викторыч снова стиснул ему руку. Илья испугался, что его заставят щупать мышцы, но Викторыч лишь многозначительно на него посмотрел. «Ты один из нас», – прочитал в этом взгляде Илья.

Бицепс Викторыча ему приснился той же ночью. Мягкий, желеобразный. Когда Илья его потрогал, он закровил и отвалился, шмякнулся на грязный линолеум, по которому ползали двухвостки. Одна из них заползла на Илью, пощекотала по ноге и животу, устремилась к лицу, чтобы пролезть через ухо в мозг, устроить там себе гнездо и отложить яйца. Илья вскрикнул и, царапая лицо, сел на кровати. Лицо чесалось, сердце колотилось.

Успокоившись, он посмотрел на терморюкзак и коробки, темневшие в углу комнаты. Черный треш-бокс лежал поверх других коробок, и Илье показалось, что крышка приоткрыта. Он встал, достал из шкафа пакет и завернул в него бокс.

— Ну его на фиг, – прошептал Илья, сам не понимая, кого или что имеет в виду.

* * *

По совету Мирона он развозил треш-боксы на такси. Так было надежнее, хотя обычно Илья и не привлекал ничьего внимания. Когда Илья впервые вызвал такси, он почувствовал себя не просто взрослым, но еще и крутым взрослым, который занимается чем-то незаконным и опасным. К тому же он наконец мог избавиться от громоздкого терморюкзака, из-за которого у него потела спина и болели плечи.

Первый клиент велел оставить коробку у двери. Это показалось Илье разочаровывающе скучным и унылым, как будто он был разносчиком осетинских пирогов, а не запрещенки, оскверненной демонской, как говорил Викторыч, водой.

Со вторым заказом получилось интереснее. Богатый клиент, весь в татуировках и пирсинге, устроил вечеринку для таких же, как и он, друзей-неформалов. Илья привез ему два треш-бокса и попал в самый разгар веселья. Клиент пригласил Илью в квартиру, и тот выступил в роли шоумена, вытаскивая из двух коробок треш-предметы. Публика смеялась, а одна из девушек угостила Илью выпивкой, села к нему на коленки и положила его одеревеневшую руку себе на бедро. Чуть позже, когда Илья возвращался домой, он фантазировал о том, как далеко могла бы зайти та пьяненькая брюнетка, если бы на вечеринке не было ее парня.

За три треш-бокса он заработал почти столько же, сколько получал от продажи месячной партии обычных мистери-боксов с палеными наушниками и кружками в виде сердечка. Часть денег Илья откладывал на смартфон для мамы и футболку-поло для папы, а часть тратил на себя.

Четвертую коробку он повез в коттеджный поселок неподалеку от МКАДа. Охранник не пропустил такси на территорию, поэтому Илье пришлось пешком добираться от КПП до клиента, глазея на красивые особняки, высоченные заборы и такие ухоженные лужайки, что казалось, будто они нарисованы нейросетью. По указанному адресу стоял трехэтажный дом. На первых двух этажах у него были обычные окна, а на третьем, словно дырка во лбу, располагалось круглое панорамное окно.