Книга Костяной шар, страница 58 – Елена Леонова

В голове промелькнули образы веселого Грецкого, его приятелей, симпатичной девушки за барной стойкой и… Альбины! Силясь припомнить детали, Филипп поморщился. Действительно ли это была Романова? Или в алкогольном бреду он принял желаемое за действительное? Орден Янтарной Бездны виновен, как сказал Саблин, в смерти родителей, а Альбина — Седьмая Сестра Ордена, так не по этой ли причине в баре ему привиделась именно она? Он хотел её увидеть, поговорить, выяснить правду. Проклятие! С головой совсем, видимо, беда, раз ему начинают являться галлюцинации.

А та девушка у бара? Янина, кажется. Да, Яна. Она реальна. Он познакомился с ней, заказывая себе выпить, и вроде они вместе уходили домой… При данной мысли Филипп напрягся. Нет, нет… не может быть! Он же не привёл её домой?!

Смирнов открыл глаза, боясь обнаружить рядом с собой в постели вчерашнюю случайную знакомую.

Но увиденное оказалось куда страшнее того, чего он ожидал.

Перед его глазами было нечто фактурное, кирпичного цвета, и как только изображение сфокусировалось, стало понятно — это ковёр, висевший на стене.

Испарина моментально выступила на лбу Филиппа.

Он находился не дома, а в неизвестном месте.

— Проснулся? — послышался женский голос.

— Не знаю, — отозвался мужчина.

— Спит уже долго. Попробовать разбудить?

— Не надо. Пусть придёт в себя.

Филипп замер, жадно и с напряжением следя за разговором. Слышимость была отличная, и у писателя появилось ощущение, что помещение за его спиной очень маленькое.

— Сейчас вернусь, — вновь раздался женский голос.

Смирнов различил шуршащий звук плотной ткани, но понять, где оказался, так и не мог. Чёрт возьми! Что случилось и почему он не дома?!

Ждать и притворяться, будто спит, не имело смысла, и писатель перевернулся на кровати, поднялся и сел, опустив ноги на холодный пол.

Он находился в небольшом овальном помещении с пологими стенами, увешанными коврами и тканями. От стен по всему периметру шли деревянные обручи в виде решётки, заканчивающиеся вверху, на потолке, круглым большим окном, или даже дырой, пропуская солнечный свет, удивительным образом наполнявший пространство, словно большая лампа естественного освещения. На полу виднелись разбросанные шкуры и плотные циновки. Просматривался вход, закрытый тканью, правее — железная койка, заваленная подушками и одеялами, далее сваленные на полу сковородки с высокими бортами без ручек. Слева от писателя ещё койка, затем низкий столик и кушетка с мягкой спинкой, напоминавшая диван. На нём сидел мужчина с пиалой. Глядя на писателя, он отхлебнул чай.

— Ну, очнулся?

Присмотревшись, Филипп с удивлением узнал в мужчине Мирона.

— Где я? — писатель продолжал разглядывать окружающую обстановку и вскоре сам ответил на свой вопрос. Сомнений не было — он в классической постройке кочевников — юрте. «Не может быть!» — мелькнуло в голове.

Мирон поставил пиалу на стул и встал. Затем подошёл ближе к Филиппу и сел на плотный пуфик, который пододвинул от стены.

— Прости, что пришлось так поступить, но я тебе сейчас всё объясню.

— Какого чёрта тут происходит!? — Смирнов встал, заметив на себе ту же одежду, что и накануне в баре.

— Сядь, — резко произнёс Мирон. — Прошу тебя, — чуть мягче добавил он.

В этот момент занавеска на входе дёрнулась и в юрту зашла Янина.