Книга Роковой саквояж, страница 88 – Елена Дорош

Сипягин окинул Дмитрия взглядом, который явно говорил о сомнениях в способностях его визави.

— Если бы вы могли точнее сформулировать, кто именно и по какой причине вас интересует, то, возможно…

— К сожалению, не могу позволить себе разглашать, — прервал Дмитрий.

— Ах, даже так. Тогда могу только предложить свести с господином Вайнбергом.

— Но кто он?

— Секретарь правления страхового общества «Волга».

— Разве служащие еще не перебрались в столицу?

— Не все. В Нижнем осталось немало незавершенных дел. Документы, опять же. Их надо разобрать и все такое. Вайнберг как раз этим занимается. Жаловался, что разбирать тонны бумаг приходится практически в одиночку.

Дмитрий почувствовал, что напал на золотую жилу. Кто, как не секретарь, в курсе всех дел компании и подноготной ее учредителей.

Цель, определенная Троицким, — выяснить, кто, по чьей инициативе отправил золото и кому оно предназначалось, — казалась почти достигнутой.

Но все вышло не так, как он планировал.

Сойтись с Вайнбергом в тот же вечер, даже дружески, не составило никакого труда, но на этом все закончилось.

Не закрывая рта, Вайнберг болтал о чем угодно, только не на тему, которая интересовала Шипова. А уж о том, чтобы «направлять» разговор, как советовал Сипягин, нечего было и думать: секретарь не давал ему раскрыть рта.

Прошел еще один день, но Дмитрий ни на миллиметр не приблизился к выполнению задания. Его состояние было близко к панике.

Он отдавал себе отчет, что переоценил свои способности, но не это мучило, лишая сна. Каждую минуту он представлял разочарованное лицо Троицкого и не мог этого вынести, поэтому решился на крайне безрассудный шаг.

Вечером они с Вайнбергом встретились в галерее на открытии выставки, и Дмитрий совершил ужасное: вытащил из кармана секретаря ключи. Вернее, целых четыре ключа на одной связке, полагая, что один из них от кабинета.

Вайнберг сам натолкнул его на эту мысль, случайно выронив связку во время прогулки и с улыбкой посетовав, что имеет дурную привычку носить с собой ключи от всех дверей.

После открытия выставки начался банкет, Вайнберг, разумеется, остался. Дмитрий, незаметно выскользнув из галереи, прыгнул в автомобиль, который любезно одолжил Сипягин, и отправился в контору, где располагалось страховое общество.

Это был неприглядный поступок, вызванный отчаянием, но, прекрасно понимая, чем все может закончиться, он ни на минуту не раскаивался в сделанном выборе.

Кроме страховой компании в здании находилось еще несколько контор, но табличка «Страховое общество «Волга», учрежденное в 1871 году» первой бросилась в глаза.

За стеклом двери маячила фигура швейцара, но это препятствие Дмитрий обошел легко, назвав имя из списка жильцов на верхних этажах здания.

Швейцар молча поклонился, и Дмитрий, птицей взлетев на второй этаж, через минуту уже стоял перед входом в контору «Волги».

За дверью, как и ожидалось, было тихо. Дмитрий, кое-как уняв сердцебиение, вставил в замочную скважину один из ключей. Он легко вошел, мягко повернулся в замке, и дверь бесшумно открылась.

Контора была невелика: всего три комнаты и небольшой зальчик ожидания для клиентов. Почти все столы и шкафы вдоль стен пустовали, лишь крайняя из комнат завалена бумагами.

Мысленно пожалев беднягу Вайнберга, Дмитрий прямо направился к его столу у самого окна, разумно полагая, что важные документы на виду не держат.