Онлайн книга «Роковой саквояж»
|
Троицкий постарался воскресить в памяти все, что знал о старшем из братьев. Василий Алексеевич был известен не меньше среднего брата. Талантливый адвокат и либерал по политическим взглядам начинал как присяжный поверенный округа Московской судебной палаты, кажется, был даже знаком со Львом Толстым и некоторое время увлекался его учением. Но в какой-то момент занялся политикой и стал одним из основателей конституционно-демократической партии, попутно участвуя в защите подсудимых в политических процессах по всей России. Что еще? Депутат Государственной думы нескольких созывов и один из любимейших ее ораторов, громивших с трибуны деятельность правительства. Вот ведь как бывает в жизни! По странному стечению обстоятельств Василий и Николай оказались в разных окопах. Первый — участник антимонархического движения, второй — убежденный сторонник власти. Один — адвокат революционеров всех мастей, второй делал все, чтобы надолго их посадить. Все это было известно, но… Василий Алексеевич своих взглядов не скрывал, однако всегда держался, если можно так выразиться, в рамках дозволенного. Но чтобы стать главой террористов, надо смести все рамки напрочь! Неужели он оказался способен на это? Судя по всему, так и есть. Вот, значит, кто главный кукловод. Родной брат министра внутренних дел. Ужаснувшись, Троицкий попробовал убедить себя в обратном. Что, если он ошибается? Вдруг фамилию министра используют против него, и брата — тоже. Что если за заговором стоит кто-то более могущественный? Немецкие фамилии могут быть не настоящими, скрывающими подлинное лицо. Чье же? Николай Алексеевич Маклаков в правительстве считался фигурой чуть ли не одиозной. Все благодаря председателю совета министров Коковцову, который был против назначения никому не известного черниговского губернатора на пост министра внутренних дел. Сам Коковцов сменил убитого Столыпина, которого откровенно не любил, а Маклакова как раз Столыпин стал продвигать — может, есть тут какая-то связь? Именно Коковцов стал распространять мнение о новом министре внутренних дел как о некомпетентном авантюристе с примитивным политическим мышлением. Он же, Троицкий был в том уверен, пустил в ход мерзкий анекдот: будто бы Маклаков добился расположения императора, изображая перед царской семьей «прыжок влюбленной пантеры», что было отвратительной ложью. Может, целью является как раз министр внутренних дел? Как это будет выглядеть, если в ходе торжественного мероприятия совершится удачное или неудачное — в данном случае это неважно — покушение на Николая Второго или, что еще страшнее, на членов его семьи? Сам император, дед которого был убит террористами, всегда допускал, что и с ним может случиться подобное, но если опасности подвергнутся его жена и дети… Представить реакцию императора несложно. Кто отвечает за обеспечение безопасности торжеств и его лично? Министр внутренних дел, кто же еще! А подать сюда этого министра! Допустимо ли предположить, что ради свержения неугодного Маклакова его враги могут пойти на столь беспрецедентный шаг? Не чересчур ли даже для всесильного Коковцова? Ведь в этом случае очевиден выпад и против Николая Второго. Маклаков был личным выбором государя, и сделал он его как раз после того, как черниговское земство завалило императорскую канцелярию жалобами на произвол Маклакова и требованиями его отставки. Дошло даже до забастовки уездных предводителей дворянства! Государь поступил мудро: дабы остудить страсти, освободил Николая Алексеевича от должности и почти сразу назначил управляющим делами министерства внутренних дел, что фактически означало исполнение обязанностей главы ведомства. |