Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 84 – Татьяна Карсакова

— Тёмочка, у тебя есть диплом психолога? — Маша смотрит ласково. — А мне почему не сказал? Может, ты стал в эмоциях резко разбираться? Понимать людей, их чувства? Не, не научился? Прогнозировать реакцию, мягко выводить?

— Ну ты же сама прекрасно знаешь, что нет.

Веду Юлю к дивану, сажаю её под стенку, сам сажусь так, чтобы наполовину закрыть от Маши.

— Мань, вот скажи нам прямо, в чём мы не правы, без этих игр, — прошу. — Мы поняли, что накосячили. Честно. Юля, кивни, чтобы Маша поняла, что ты очень сильно раскаиваешься.

Переглядываемся с Юльчонком. Смеёмся.

Кладу ладонь Юле на макушку и несколько раз киваю за неё.

— Всё, видишь? — смотрю на Белкину. — Юля очень раскаивается. Кстати, а за что конкретно она раскаивается?

— За то, что не может отстоять своё мнение и позволяет тебе ею манипулировать, — бросает Маша. — Юль, вот твой парень, Денис. Он же по той же схеме шёл. Тебе не нравилось, он делал. А Артём? Ты не видишь, что он пользуется твоей мягкостью и делает всё, что ему в голову взбредёт?

— Мы поговорили с Артёмом об этом, — отвечает Юля неожиданно уверенно.

— Ага, — Маша кивает. — Артём обещал исправиться?

— Нет, — Юлька говорит правду.

— Ну хорошо хоть не врёшь, — Белкина вздыхает. — Он выслушал и промолчал?

— Он выслушал и промолчал, — отвечаю за Юлю. — Чтобы не давать обещаний, которые не может выполнить. Но мы будем над этим работать.

Бросаю на последок Манькину любимую фразу, которой она обычно отмазывала меня от начальства.

— Поработайте, — кивает Маша на полном серьёзе. — Меня не услышал, может, хоть Юлю услышишь.

— Ты издеваешься? — понимаю. — Ты это говоришь, потому что понимаешь, что Юльчонок будет теперь проедать мне плешь разговорами о том, как я плохо себя веду?

— Буду, — кивает Юля. — Тебе меня лечить можно, значит, и мне тебя тоже.

— Маша, — смотрю на Маньку с максимальным осуждением. — Ты мне Юльчонка испортила.

— Была такая хорошая девочка, — вздыхает Маня. — Во всём тебя слушалась, не спорила. А теперь, оказывается, ты можешь быть в чём-то не прав… Сочувствую, Тём. Мне бы тоже было на твоём месте обидно.

— Вы разговариваете одними и теми же фразами, — замечает Юля.

— У Маньки им и учился, — объясняю. — Так получилось. Ребёнок берёт пример с родителей. Я Франкенштейн. Я брал модели поведения у дяди Вани, Маши и Жени.

— Ты с темы не съезжай, — одёргивает Белкина. — Юль, в чём Артём сегодня был не прав? Или во всём был прав?

— Можно я скажу это Артёму наедине? — Юля прячется за меня.

Приятно. Терпеть не могу коллективные линчевания. Когда Маша с Женей садятся и в два голоса рассказывают друг другу, какой я плохой. Сразу чувствую себя… Плохо чувствую. Как будто они вместе, а я отдельно и больше им не нужен.

Как бы выразить Юльке благодарность?.. Блин, и у Белкиной не спросишь.

— Юль, как мне показать тебе, что мне приятно, что ты так делаешь? — решаю идти проторённым путём и спрашивать напрямую.

— Скажи «спасибо» и постарайся сделать то, о чём я буду тебя просить, — отвечает Юльчонок.

— Стоп! — понимаю, что меня где-то наёбывают. — Ты сейчас вешаешь на меня обязательства. Я, вообще-то, собирался пропустить твои слова мимо ушей.

— Спасибо, что честно, — улыбается Юля. — Но мне будет очень приятно, если ты меня всё-таки услышишь.