Онлайн книга «Перевернутый Бог»
|
Я гуляю с тобой По ночному кладбищу, Потому что у нас медовый месяц. Старый склеп — Послужит нам дворцом В эту лунную ночь. Осенние листья — Давно опали и умерли в сырой земле, Но мы ещё оставляем на ней Отпечатки своих ног И стремимся к любви… Ты крепко держишь мою руку, Сомневаешься, но говоришь, Что любишь… Дворец пылает огнем, А две рельсы, Как и мы, — Сошлись в одну. Мне предложили прочитать что-то из своего. Я сперва не хотел, но атмосфера, которая витала в воздухе, вынудила меня выйти в круг, и я стал читать стих: I Вы не знали, что завтра умрете в пути, Потому что вам двадцать один с небольшим. Я хотел вам признаться сонетом своим, Что ночами из-за вас я не сплю до шести. Вы не знали, что каждый умрёт на кресте, Что родители лгут о любви и судьбе, Что мечты их о вашем успехе в избе (Золотой коробке), а не в вашей мечте. Вы скрывали от всех уязвимость свою, Отвергали любовь, как ненужную дрянь, Никогда не любили, не ведали пьянь, Никогда не боялись за душу мою. Никогда не читали вы письма мои, Никогда, никогда не читали сонет. Как в латинском божественном танце дуэт… Так пылали в огне все молитвы мои. II Я хотел вам признаться сонетом своим, Но увы – мертвецу ни к чему все стихи, Все признания и все людские грехи, Все мечты и мольбы, колизеи и Рим. А я дальше живу и смотрю на звезду, На холодную негу в небесном краю, На багровый закат в океанском раю, Что над рожью разлился в Эдемском свету. — – – – – – – – – – – – – – – - Вы мертвы. Я читаю на вашей могиле стихи: Те, что вы не читали из писем моих… Але и Марине очень понравился мой стих – они попросили меня еще что-то прочесть. Я скромно согласился: Огарок блеклый во тьме ночной Тускнеет как виденье Бога, В кошмарном сне забвенья слой Ложится пестрой краской слога. Мой край земли потерян мной В людской гордыне самодуров. Часы проходят чередой Под звуки песен трубадуров ̶ Мой дом – тлен солнца на руках, Туман в лугу, роса на травах. Моя тоска – горсть пепла, прах, Судьба в чарующих дубравах. Далее в круг вышел Глеб. В одной руке у него бутылка вина, а в другой он держал свечу. Допив с горла вино ̶ бросил бутылку в сторону, а свечей подсвечивал свой блокнот со стихами. Стал читать: Озябший и промокший, мой друг, ты, как и я, устал от жизни – сложи свои худые лапы у ног извечного скитальца. Я буду струны на гитаре перебирать в такт сердца, как в те дни, когда я был пьян и смел: в подземных переходах, в снег и морозы. Закончив поэтический вечер и изрядно напившись, мы вышли на Байковую улицу. Метро уже не ходило – Аля с Глебом вызвали такси. Глеб с Мариной поехали к себе, а Аля предложила мне поехать вместе с ней. Я согласился. Приехала серебристого цвета шкода актавиа. Мы с Алей сели на заднее сидение. В салоне играл дип хаус, машина быстро ехала по ночным и удивительно пустым улицам. Аля спросила: «Хочешь еще зайти ко мне выпить вина?». Я был удивлен ее предложением, потому что девушки практически никогда не приглашали меня к себе домой, тем более ночью. Я согласился. Машина подъехала к подъезду. Я расплатился и поблагодарил водителя. Мы поднялись на второй этаж. Аля немножко возилась с ключами, но через какое-то время мы попали в ее квартиру. Я нервничал, а Аля улыбалась. — Откроешь вино? – спросила Аля, – вот штопор. |