Онлайн книга «Убийственно розовый сад»
|
— Я верю ему, – первой нарушила молчание Пенелопа. — Я тоже, – тут же сказала Агата, не уточняя, о ком речь. Контекст был ясен обеим. — Вам говорит о чем-нибудь это название? То, что пропало? – спросила Пенелопа. — Нет. Но красноречивое описание указывает на… В чем дело, Пенелопа? – Агата бросила на спутницу тревожный взгляд. Пенелопа замедлила шаг. — Все нормально. Просто я вроде где-то слышала это название, – тихо говорила Пенелопа, и ее голос стал очень тихим, будто она боялась спугнуть хрупкую мысль. – По-моему это… это… — Саманта? – вдруг прервала ее Агата. Агата смотрела прямо перед собой. От общего людского потока отделилась фигура. Это была молодая женщина в простом сером платье, ссутулившаяся, и что-то в ее облике сперва просто привлекло внимание Агаты, а затем показалось знакомым. Женщина быстро двигалась по тому же тротуару, но на несколько шагов впереди. Агата подхватила Пенелопу под локоть и прибавила темп. Она неотрывно смотрела на спину впереди идущей. — По-моему, да, это она, – тихо сказала Пенелопа. Агата сосредоточенно кивнула, и женщины, не сговариваясь, продолжили преследование, соблюдая дистанцию. Саманта наверняка шла навестить Гарри в больнице. И сегодня, после разговора с Корнуэллом, она из просто несчастной служанки превратилась в новую, крайне важную фигуру в их расследовании. В облике Саманты читалась странная смесь нервной тревоги, подергивающей ее плечи, и какой-то слепой решимости, заставлявшей ее шагать очень быстро. При этом создавалось полное ощущение, что на ее плечах лежит невидимый тяжелый груз. Когда все три жительницы Розмари-Хилл оказались у внушительного здания главного госпиталя Сент-Мэри-Кроу, Саманта не свернула к парадному входу. Она, не замедляя шага, прошла мимо него, обогнула угол кирпичного корпуса и скрылась в узком проходе, ведущем, судя по всему, в служебный задний двор. Пенелопа и Агата переглянулись и одновременно кивнули друг другу. Агата направилась к главному входу больницы, а Пенелопа свернула в проход, где скрылась Саманта. Задний двор больницы представлял собой унылый утилитарный пятачок, замыкавшийся кирпичной стеной соседнего корпуса. Пенелопа, осторожно выглянув из-за угла, сразу увидела Саманту. Та стояла посреди двора, запрокинув голову и глядя в окно, вероятно, какого-то служебного помещения или малоиспользуемого коридора, из которого на нее смотрел Гарри. Он облокотился на подоконник и выглядел ледяным и отстраненным, резко контрастируя с истеричной взволнованностью сестры. Пенелопа прижалась спиной к шершавой кирпичной кладке, слившись с тенью, и затаила дыхание. Шум улицы сюда почти не долетал, и слова, произнесенные шепотом, но с невероятным напряжением, долетели до нее четко. — Как ты мог… – донесся снизу сдавленный, но громкий шепот Саманты. В нем звучал не столько вопрос, сколько ужас и предательство. — Так было нужно, – парировал сверху голос Гарри. Он не шептал, а скорее шипел, как змея, и этот звук был полон нетерпения и злобы. — Это отец… – выдохнула Саманта, и в ее голосе послышались слезы. — Замолчи! – его шипение стало резче, почти свистящим. Наступила короткая, тяжелая пауза. Затем голос Саманты прозвучал тише: — Я потеряла ее… В окне Гарри замер. Его надменное выражение на миг сменилось чем-то вроде растерянности, даже испуга. Он быстро оглянулся внутрь помещения, а затем, наклонившись ниже, произнес уже не шипя, а торопливо, будто бросая ей спасательный круг, который был хуже петли: |