Книга Тайны клуба верховой езды, страница 29 – Грета Фогель

Мэтт усмехнулся:

— А помимо этого?

— Клифф, которому ты запрягал лошадь по имени Мармеладка, считает, что имел место несчастный случай. А мертвая девушка из неблагополучной семьи вела деструктивный образ жизни и сама довела себя до смерти.

— Что-то не бьется тогда. – Мэтт повел меня обратно к выходу из клуба «Белая лошадь», сохраняя нашу легенду о растяжении. – Я связался с патологоанатомом и получил развернутый отчет о вскрытии.

Увидев мое виноватое лицо, Мэтт добавил:

— Не кори себя. У тебя было много дел, ты не успела позвонить. Но у тебя есть напарник, чтобы помочь с такими вещами. Так вот. Отчет все равно был готов только сегодня утром.

— Что-то нашли в крови жертвы? – машинально выпалила я.

— А ты – юмористка. Хорошая шутка. Если соберешься выступать со стендапом, обязательно позови – я приду посмеяться. Там после двухнедельного лежания в теплой воде у жертвы давно не кровь, а скорее протухший и свернувшийся бульон. Найти в нем что-то уже просто невозможно, а вот в волосах… В теории, в них могли бы что-то обнаружить. Но они чисты. Если погибшая и принимала какие-то вещества перед смертью, мы об этом уже не узнаем. Поэтому все, что нам известно, так это то, что она не принимала никаких препаратов, которые надолго оставляют след в волосяных луковицах.

Мысленно я осекла себя за ошибку и напомнила, что нужно осторожнее говорить о вещах, в которых я смыслю исключительно благодаря интернету и криминальным сериалам. Интересно, могу ли я назвать неизвестную «Джейн Доу», или так делают только в поп-культуре? Лучше, пожалуй, промолчу.

— И мы все еще не знаем, кто это?

— Мы знаем, что жертве примерно лет семнадцать – двадцать. Значит, скорее всего, она школьница или студентка колледжа.

Мэтт поудобнее взял меня под руку, выводя в фойе. Причина смерти – попадание в легкие воды. А вот сама по себе жертва утонула, или ей помогли – выяснить не удалось.

Мэттью сбавил тон, потому что мы оказались в непосредственной близости от ворот. На секунду изгородь кизильника показалась мне похожей на девушку, на шее у которой застыла гранатовая россыпь роскошного ожерелья.

Утром в субботу накануне приема у семьи мэра меня разбудил настойчивый перелив мелодии дверного звонка. Кнопку нажимали нещадно, находясь в некотором нетерпении. Мне показалось, что с той стороны двери уже отчаялись получить ответ. Я нащупала мягкий плюш домашних тапок, уже догадываясь, кого увижу за порогом. Незадолго до пробуждения мне приснился сон, что Анна вернулась сама и ее не надо больше искать. Я была так счастлива, пока из этой дремы меня не выдернула необходимость жить дальше. Реальность накатывала волнами, принося постепенное осознание происходящего. Я попыталась сосредоточиться на мысли о том, что делаю все, что могу. Возможно, я уже встретила виновного в исчезновении сестры. А может быть, столкнусь с ним впервые сегодня. Стрелки циферблата на тумбочке показали одиннадцать утра, и это притом, что гостей на мероприятие ждали не раньше пяти часов дня.

Накануне я допоздна засиделась в участке, разбирая мелкие правонарушения и сортируя их по папкам. Периодически я возвращалась к делу утонувшей. Задержавшись возле кофейного автомата в поисках мелочи, я случайно услышала разговор шефа и его заместителя. Мой начальник был уверен, что девушка покончила с собой.