Книга Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство, страница 90 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Это не нам с тобой решать, — не вынимая руки из кармана, Варька шагнула ко мне, — ты получила ответы на все вопросы?

— Вроде да.

— Отлично, тогда я звоню Громыко, пусть свяжется с ребятами из Центрального округа, так будет быстрее всего.

— Ха-ха-ха, — демонстративно захохотала Настя, — да кто вам поверит на слово! Против меня нет ни единой улики, я чиста как младенец. Одна бабка умерла от сердечного приступа, на вторую — упала снежная глыба, а недотепу-соседа я вообще знать не знаю и в глаза никогда не видела! Так что смотрите, как бы вам самим не оказаться за решеткой за клевету на ни в чем не повинного человека!

— Может, на слово никто и не поверит, доставая из кармана мобильный проворчала себе под нос Варвара, — а вот диктофонной записи с чистосердечным признанием в трех убийствах поверят за милую душу!

Варька повернулась ко мне и с хитрой улыбкой заметила:

— А я еще на Воронцова ругалась, зачем подарил мне телефон с таким мощным диктофоном, а ты гляди-ка, пригодился.

Мой рассказ о произошедших в Ташкенте событиях потряс Серафиму Сергеевну до глубины души. Всю дорогу от Варькиного дома до Потаповского переулка она сидела молча, угрюмо глядя в окно и пытаясь прийти в себя от услышанного. И только очутившись в родных стенах, она немного оттаяла и наконец заговорила.

— Бедная, бедная Анечка, — дрожащим голосом причитала Серафима, как же тяжело ей пришлось! Совершенно одна, в чужом, незнакомом городе, с новорожденным ребенком на руках! Не представляю, как мама могла бросить их там одних, без средств к существованию, без помощи и поддержки близких.

— Она боялась потерять мужа и лишить своих дочерей отца, — встала я на защиту Елены, — к тому же она оставила сестре все драгоценности, которые они не успели продать, так что на первое время деньги у них были.

— Все равно это бесчеловечный поступок. Я не ожидала такого от собственной матери. Думаю, в том, что Настя выросла ущербной, есть и ее вина…

— Возможно, — кивнула я, — но давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны. Кем была Анна до того, как удочерила племянницу? Одинокой старой девой, бледной тенью своей яркой красавицы-сестры, сухим, никому не нужным пустоцветом. Ни мужа, ни детей, ни будущего… Елена, сама того не подозревая, сделала сестре бесценный подарок, она подарила ей радость материнства…

На глазах у Серафимы снова выступили слезы, и она надолго замолчала, погрузившись в собственные невеселые мысли. Тишину нарушила Варвара.

— Не судите, да не судимы будете! — с умным видом изрекла она. — Поэтому предлагаю закончить обсуждение этой крайне болезненной и скользкой темы, ведь изменить что-либо мы все равно уже не в силах, и перейти к приятному, то есть к сокровищам. Тем более что мы без вас так и не открыли заветную шкатулку.

— Действительно, тетя Сима, — поддержала я подругу. — Дайте хоть одним глазком взглянуть на знаменитое кондаревское наследство, а то мы с Варькой скоро лопнем от любопытства.

— О чем вы говорите, девочки, — спохватилась Серафима Сергеевна, — смотрите сколько хотите, мне-то, честно говоря, теперь эти сокровища не в радость. Если бы не дедов клад, Сашенька сейчас была бы жива, — всхлипнув, Серафима отвернулась к стене и снова заплакала.

Переглянувшись, мы с Варькой тихо вышли из кухни.